Рауль и бабушка прожили пять счастливых лет, пока упавшее дерево не унесло жизнь Рауля, после чего радость навсегда исчезла из глаз бабушки. Она умерла, не прожив без него и года.

Но она оставила Мэдди драгоценное наследство: научила, что в акте любви с правильным мужчиной заключается радость.

— Мужчины и женщины всегда лгут, дорогая, даже в постели, но в самом акте заключена честность, — говорила бабушка. — И с правильным мужчиной... Ах-х! Это блаженство!

По всей вероятности, Мэдди никогда не выйдет замуж — она была слишком бедна и имела слишком много иждивенцев, хотя где-то в глубине души надеялась, что и для нее найдется Рауль Дюбуа.

Пока что такой мужчина появлялся в ее мечтах — безликий, безымянный и не желающий ничего, кроме нее...

Ах как хорошо было бы просыпаться ежедневно, зная, что, какие бы сюрпризы ни приготовил день, она будет не одна, какие бы проблемы ни возникли, они будут решать их вместе. А когда настанет ночь, они смогут в этой постели вместе испытать радость.

Ей не нужно принца или богача. Ей нужен просто мужчина и дом, в котором они могли бы жить вместе.

Коттедж...

Арендная плата. Эта мысль ворвалась в ее сознание словно камень, брошенный в спокойный пруд. Утренняя мечта разлетелась вдребезги, подумала она с иронией. Ее ждут заботы предстоящего дня. Она потянулась и замерла, поняв, что, вместо того чтобы иметь под боком кого-то, с кем можно было бы вместе решать проблемы, одна из проблем лежала сейчас рядом с ней.

И что незнакомец держит руку на ее груди — нежно, но решительно.

По-хозяйски.

— Что вы делаете? — прошептала она.

Что за дурацкий вопрос? Было совершенно ясно, что он делал.

— Прекратите!

Он никак не отреагировал. Рука его не шевельнулась. Он продолжал медленно и ровно дышать, как делал это всю ночь.

Она осторожно сняла руку со своей груди и, обернувшись, взглянула на него.

Его лицо расслабилось во сне, глаза закрыты, темные полукружия ресниц выделялись на бледной коже. Он беспокойно заворочался и придвинулся ближе к ней.

Она замерла, когда он положил руку на ее бедро.

— Что вы делаете?! — воскликнула она.

Его колени стукнулись о ее колени, он сунул мощную ногу между ее ногами и вздохнул. И снова расслабился.

Едва дыша, она наблюдала за ним, но он больше не шевелился.

Она поняла, что он спит, по-настоящему спит. Он не понимал, что делает, а просто тянулся к теплу и старался улечься поудобнее.

Как и она. Она подсознательно наслаждалась его теплом, ощущением его тела и находила успокоение в мечтах.

Мечты помогали.

Она лежала тихо, разглядывая спящего незнакомца в утреннем свете. У него были густые каштановые волосы, которые падали ему на лоб. Она осторожно пригладила их. Он вздохнул, но не проснулся. Она провела кончиками пальцев по тонким морщинкам на лбу.

Брови у него были густые и более темные, чем волосы, глаза под закрытыми веками подрагивали. Видно, ему что-то снилось. Наверное, снилось что-то приятное, потому что его губы сложились в полуулыбку, на которую она неожиданно для себя ответила улыбкой.

По крайней мере, его не мучает боль.

Из уголков его глаз разбегались тонкие морщинки, а по обе стороны подвижного рта виднелись вертикальные складки, углублявшиеся, когда он улыбался. Наверное, этот человек часто улыбается, подумала она.

Ей это понравилось. Жизнь без смеха была подобна жизни без солнечного света: выжить можно, но радости от этого никакой.

Мэдди провела кончиком пальца по линии его челюсти, наслаждаясь легким покалыванием отросшей щетины, затем приложила ладонь к мощной колонне его шеи и почувствовала равномерное биение пульса.

Словно мотылек, которого тянет к огню, ее взгляд то и дело возвращался к его губам.

Его рот завораживал.