Она сделала несколько шагов по направлению к двери, потом остановилась. Ей хотелось высказать им все, что наболело, пока не прошел приступ гнева. Потом у нее может не хватить смелости. Или не представится возможности.

— Я выйду замуж за Нэша, и ничто из того, что вы скажете или сделаете, не сможет изменить моего решения. И я намерена сделать наш брак успешным. Но у вас, — она окинула взглядом леди Госфорт и Маркуса, — все еще есть выбор.

Леди Госфорт и Маркус обменялись непонимающими взглядами.

— Значит, у нас есть выбор? Это какой же, позвольте узнать?

Мэдди выпрямила спину.

— Вы можете либо продолжить всячески вредить моей репутации, шептаться по углам и фыркать за моей спиной, либо помочь сделать успешным наш брак с Нэшем, помочь мне научиться тому, что я должна знать, чтобы помочь ему в карьере и сделать его счастливым.

Она взглянула на Маркуса, так похожего на Нэша, но лишенного его теплоты, и на его тетушку, которая, прищурившись, пристально смотрела на нее.

— Так каково же будет ваше решение?

Воцарилось продолжительное молчание. Леди Госфорт разглядывала кольца на своих пальцах с изящным маникюром и искривленными суставами. Лорд Элверли стряхнул невидимую пушинку с собственного рукава.

Мэдди ожидала безразличия с их стороны, но все-таки была разочарована.

— В таком случае, — решительно заявила она, — я справлюсь без вашей помощи.

Она повернулась, чтобы уйти.

— Я не шепталась, — остановил ее голос леди Госфорт.

— Приношу свои извинения, леди Госфорт, вы совершенно правы. У вас такой зычный голос, что ваши слова были слышны даже в коридоре, — сказала Мэдди с иронией.

— Молодая женщина! — окликнула ее леди Госфорт, снова прервав ее попытку с достоинством удалиться из комнаты.

— В чем дело? — повернулась к ней Мэдди.

— Вы любите моего племянника?

— Это вас совершенно не касается, — отрезала Мэдди и наконец вышла из комнаты.

— Она ушла? — спросила Маркуса леди Госфорт.

Маркус выглянул в коридор и кивнул.

Леди Госфорт откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула.

— Что ты об этом скажешь?

Маркус бросил на нее загадочный взгляд.

— Видишь ли, Нэш не поблагодарит тебя за вмешательство.

— Что за вздор! Вмешательство? Я никогда не вмешиваюсь. — Леди Госфорт покрутила лорнетом на ленточке. — Мне нравится девушка. В ней есть сила духа, какой нет и в помине у большинства этих неискренних современных девиц.

— Да уж, сила духа у нее имеется, — согласился Маркус.

— И порода.

— Порода? Как это понимать?

— Да, порода. Она обращалась с нами как с людьми равными. Был ли у нее хоть намек на угодничество или лесть? Была ли хоть малейшая попытка снискать наше расположение? Нет. Стоя здесь в этой ужасной тряпке, которая называется платьем, она поставила меня на место, разбила вдребезги все мои обвинения, дала мне нагоняй и даже посмела назвать меня несносной женщиной.

— Несносной старухой, — поправил ее Маркус, заслужив за это резкий удар веером по костяшкам пальцев.

— Ты абсолютно неправильно информировал меня об этой девушке.

— Я? Я никогда не говорил...

— Она заставит мальчика помучиться и будет ему великолепной женой. Она его, несомненно, любит.

— Любит? Откуда ты это знаешь?

— Дурень! — Она снова стукнула его веером. — Это очевидно любому, кроме туго соображающего Ренфру. Самое главное—любит ли ее Нэш!

— Мне кажется, что он влюблен по уши, — сказал Маркус, — но это безумие может быть побочным эффектом несчастного случая.