— Нет, с тех пор, как он разрушил семьи Дюбуа и Диллар.

— Они сами в этом виноваты. Коррупция имеет обыкновение нанести удар в спину, если что-то скверное вылезет на свет.

Лорелея сожалела о том, что случилось с семьями ее друзей. Это повлияло на всех без исключения.

— Но Донован, похоже, был рад этому. Естественно, он привлек огромное внимание к своей персоне, разорив и загнав в депрессию других.

— Именно это и заставило всех обратить на него внимание изначально. За последние три года внимание к нему возросло благодаря его проницательности, умению анализировать и кропотливому поиску фактов. Он публикуется в газетах и на веб-сайтах по всей стране. Именно поэтому постоянно выступает по телевидению.

— Да? Я и не знала. — Хм, похоже, Лорелее следовало об этом знать.

— Но теперь-то знаешь. Если понадобится узнать об изменениях в мире, его публикации в газетах станут отправной точкой. У него архив на сайте. Там много интересного.

Да, похоже, Донован создает себе имя уже не первый год, а она об этом не знала. Политика и все эти хвастливые «говорящие головы», которые освещают ее, вызывали у Лорелеи лишь головную боль. Новостные программы наводили жуткую тоску.

Келли бросила пульт Лорелее и взяла рюкзак:

— Мы, может быть, после занятий зайдем куда-нибудь выпить. Хочешь пойти с нами?

— Спасибо. Не сегодня. — Запрет, который она наложила на себя, все еще действовал — слишком уж свежи воспоминания воскресного утра, даже думать об этом не хотелось.

— Позвони мне, если передумаешь. Пока.

— Пока.

Секундой позже Келли появилась снова.

— Сегодняшняя газета. — Она бросила ее на журнальный столик. — Между прочим, колонка Донована напечатана в разделе редактора, — если интересно, посмотри.

Как только Келли ушла, Лорелея развернула газету, бегло просмотрела до середины и вынула ту часть, которую ее бабушка и мама все еще называли «Страницы по средам» даже сейчас, когда они стали глянцевой журнальной вставкой о событиях в обществе. На обложке была цветная фотография Виви и Коннора, идущих в собор. Заголовок обещал подробное описание церемонии и фотографии на следующих полосах. Лорелея бегло просмотрела издание. Несколько замечательных фотографий в соборе и несколько на приеме. На большинстве запечатлены звездные гости Коннора из мира музыкального бизнеса, крупные бизнесмены и светские персоны Нового Орлеана. Она нашла и себя на фотографии подружек невесты, маму и отца перед входом в собор. Была и фотография Донована рядом с членами городского совета и главами трех благотворительных организаций, с которыми работала Виви. Фотография заставила ее вспомнить о том, что сказала Келли. Лорелея открыла колонку главного редактора, нашла статью, в которой высказывалось мнение по поводу билля, обсуждаемого в конгрессе на этой неделе, написанную хорошим языком; комментарии производили впечатление, но ей нужен был источник, сам билль, только тогда она сможет составить обоснованное мнение.

Боже мой! Даже стиль его письма не скрывал снисходительного саркастического тона. Донован крайне заносчив.

Лорелея решительно сложила газету. Пора уже избавиться от наваждения в виде Донована и начать заниматься своими делами. Ей нужно посмотреть на расписание Виви, начать готовиться и выработать план действий. Завтра она займет центральное место.

Лорелея нервничала. Боязнь сцены. Это центральная сцена, и это решало ее судьбу. Если будет нервничать и провалится, она только подтвердит, что психопатка и неудачница, у которой ветер в голове. Если же все пойдет хорошо… Лорелея вздохнула. Если все будет хорошо, она сама проложит свой путь, не будет больше «еще одной девочкой из семьи Лабланк».