Капитан Хетнис также заметила Раугхд. Она моргнула, насупилась и затем слегка покачала головой, словно избавляясь от ненужных мыслей, как мне показалось. То ли очевидную ярость Раугхд, то ли меня, не знаю.

— Капитан флота, — обратилась она, бросив взгляд в сторону бани, — с вашего снисходительного разрешения. Сегодня очень тепло.

— Разумеется, капитан, — ответила я и осталась сидеть, а она поднялась, поклонилась и направилась через замшелые камни, поворачивая к бане. «Меч Атагариса» бросилась за ней.

Она прошла около полпути через затененный серо-зеленый двор и находилась прямо перед тем изгибающимся углом окна бани, когда взорвалась бомба.

Прошло двадцать пять лет с тех пор, как я видела бой. Или по крайней мере, такой бой, где взрывы бомб были весьма вероятны. Тем не менее я была кораблем, набитым телами для сражений. Поэтому благодаря двухтысячелетней привычке я без всякого усилия, почти в то же мгновение, когда заметила вспышку в окне бани и почти тут же увидела, как вдребезги разлетелось окно и его осколки посыпались наружу, оказалась на ногах и в полностью развернутой броне.

Я подозревала, что «Меч Атагариса» никогда не видела наземного боя, но она, отреагировав почти так же быстро, как я, развернула броню и понеслась с нечеловеческой скоростью, чтобы оказаться между летящим стеклом и своим не защищенным броней капитаном. Сверкающее, зазубренное стекло ураганной волной рванулось из окна, срывая листья и ветки с деревьев, затеняющих камни, достигло вспомогательного компонента и сбило ее с ног, капитан Хетнис оказалась под ней. Ничтожной долей секунды позже россыпь маленьких осколков, листьев и веток донеслась до меня и отскочила от брони, не причинив вреда. Хотя Калр Пять развернула свою броню только что, она также избежала опасности.

— Дай мне свою аптечку, — сказала я ей.

Когда она это сделала, я отправила ее вызвать врачей и службу безопасности планеты, а затем пошла взглянуть, уцелела ли капитан Хетнис.

Языки пламени лизали края разбитого окна бани. Осколки усыпали землю, они пощелкивали и хрустели под ногами. Капитан Хетнис лежала на спине, в неуклюжей позе, под «Мечом Атагариса». Странный, деформированный плавник торчал между лопатками вспомогательного компонента, и я осознала, что это, должно быть, крупный осколок стекла, который вонзился прежде, чем «Меч Атагариса» успела полностью развернуть свою броню. Ее реакция была хорошей, но не такой быстрой, как моя; к тому же и она, и капитан Хетнис находились метров на двадцать ближе к окну, чем я.

Я опустилась на колени рядом с ними.

— «Меч Атагариса», как сильно ранен твой капитан?

— Я в порядке, сэр, — ответила капитан Хетнис, прежде чем заговорила вспомогательный компонент. Она пыталась откатиться в сторону, сбросить с себя «Меч Атагариса».

— Не двигайтесь, капитан, — бросила я, вскрывая аптечку Калр Пять. — «Меч Атагариса», твой рапорт.

— Капитан Хетнис перенесла незначительное сотрясение, есть рваные раны, ссадина и несколько синяков, капитан флота. — Броня исказила голос «Меча Атагариса», и, конечно, она говорила с типичным для вспомогательных компонентов отсутствием выражения, но мне показалось, что я услышала некоторое напряжение. — В остальном она в порядке, как я только что сказала.

— Уберись с меня, корабль, — раздраженно проговорила капитан Хетнис.