— Ее личная прислуга, — подтвердила администратор базы Селар, — прямо сейчас пытается смыть с них краску.

— Итак, — сказала я. Это еще более щекотливая тема, чем проблема с базой. — Гражданин Фосиф известна и богата. Вы обладаете здесь властью, но добиться выполнения задуманного проще, когда у вас есть поддержка таких людей, как Фосиф. И несомненно, она делает вам подарки. Ценные. Роман между вашей дочерью и ее — это удобно. Когда вы посылали гражданина Пайэт вниз, составить компанию Раугхд, вы уже думали об этом. И может быть, вы сейчас задумываетесь, не приходилось ли замечать, что ваша дочь несчастна. Или как давно вы впервые заметили признаки и, возможно, сказали себе, что это на самом деле пустяки, что каждому приходится вынести небольшой стресс ради семейных связей, семейной выгоды. Что, если бы на самом деле было плохо, наверняка база что-нибудь сообщила бы. Именно вам. И это так легко — просто продолжать. Так легко не замечать того, что происходит. И чем дольше вы этого не видите, тем труднее становится увидеть, потому что тогда вам придется признать, что вы не обращали на это внимания все предшествовавшее время. Но сейчас настала минута, когда это представлено вам ясно и недвусмысленно. Такова Раугхд Денчи. Вот что она делает с вашей дочерью. Стоят ли подарки ее матери благополучия вашей дочери? Стоят ли этого политические преимущества? Перевешивают ли это большие выгоды для вашего клана? Вы не можете дольше откладывать этот выбор. Не можете притворяться, что перед вами нет необходимости выбора.

— С вами весьма не комфортно, капитан флота, — заметила администратор базы Селар, в ее резких словах слышалась горечь. — Вы поступаете так везде?

— В последнее время, кажется, да, — признала я.

Когда я говорила это, в комнату молча вошла Калр Пять и застыла на месте, подобно вспомогательному компоненту. Она явно хотела привлечь мое внимание.

— Да, Пять? — Она не вмешалась бы без очень серьезного повода.

— Прошу снисхождения капитана флота, сэр. Личный помощник гражданина Фосиф спрашивает, может ли гражданин пригласить вас и капитана Хетнис провести две недели после похорон переводчика Длайкви в ее поместье внизу. — Такое приглашение следовало делать лично — этот предварительный запрос, через слуг, предупреждал возникновение неудобства или неловкости. — У нее там несколько домов, так что вы сможете провести период траура должным образом и очень удобно, как она говорит.

Я посмотрела на администратора базы Селар, она хихикнула.

— Да, я тоже думала, что это странно, когда появилась здесь впервые. Но здесь, на Атхоеке, если вы можете себе это позволить, то не проводите две недели в своей квартире. — После первых дней поста, после похорон обитатели семейства, находящегося в трауре, не выполняют никакой работы, но остаются главным образом дома, принимая утешительные визиты клиентов и друзей. Я предполагала, что капитан Хетнис и я останемся на это время здесь, в Подсадье. — Если вы привыкли, что за вас все делают, — продолжала администратор базы Селар, — особенно если вы не берете еду в общих столовых, предпочитаете, чтобы ее готовили у вас дома, то это будут очень долгие две недели. Поэтому вы поселяетесь где-нибудь, формально — в некий собственный дом, но слуги по соседству могут готовить и убирать для вас. Рядом с главной площадью есть место, специализирующееся на этом, но сейчас там все переполнено людьми, которым просто больше некуда деться.

— И это считается совершенно правильным? — спросила я с сомнением.

— То, что я оказалась незнакома с этой практикой, когда приехала сюда, — ответила с кривой усмешкой Селар, — вызвало подозрение, что мое воспитание было не таким, каким ему следовало быть.