Грейс выбралась из снегохода и увидела, как Морган и Роджерс машут им сверху. Она посмотрела на лежащего в снегу Карла Рэйни, это в него попала первая пуля. Он был мертв – в груди зияла огромная рана. Разбросанные в стороны руки заметал снег. Грейс опустилась на колени.

Кайл не выдержал и подошел к ней.

– О'Коннер тоже мертв. И Джордж Уэствек, – его голос дрожал от боли и гнева.

– Мы знали – кому-то из нас придется пожертвовать собой. Их смерть была не напрасной, – сказала Грейс.

Подошли остальные: Лора Панкен, Эдна Ванофф, Берт Тулли. Они были в равной степени преисполнены гневной решимости и страха. Они не обратятся в бегство.

С ними их вера.

– Карл Рэйни.., теперь в раю, в объятиях господа, так же как и… – она мучительно вспоминала, как звали О'Коннера и Уэствека, попутно помолившись, чтобы господь не лишил ее памяти о чем-нибудь более важном. – Как и…

Джордж Уэствек и… Кен… Кен… Кевин… Кевин О'Коннер.., все они на Небесах.

Снег постепенно накрыл тело Рэйни белым саваном.

– Мы захороним тела? – спросила Лора Панкен.

– Земля слишком мерзлая, – сказал Кайл.

– Оставьте. У нас нет времени на похороны, – сказала Грейс. – Антихрист почти в наших руках, но сила его прибывает с каждым часом. Мы не можем мешкать.

Два снегохода были выведены из строя, поэтому два оставшихся заняли Грейс, Эдна, Лора и Берт Тулли, а Кайл следовал за ними пешком. Они двинулись наверх, где их ждали Морган с Роджерсом.

Грейс охватило уныние – три ее соратника мертвы.

Они продвигались медленно, все время останавливаясь, чтобы разведать путь и не напороться на засаду.

Усиливался ветер, началась метель. Тучи были страшнее смертного покрывала.

Еще немного, и она окажется лицом к лицу с ребенком-Антихристом, и тогда ее предназначение будет выполнено.

Часть пятая

ДОБЫЧА

Мор, болезни и война

Здесь поселились. Чья вина?

Известно – мир конечен,

Ничто не длится вечно.

Где спрятаться ребенку, старику?

Смерть каждого лишает бренной жизни.

Друг Друга убиваем мы,

Чтобы потом рыдать на тризне.

Сюда идет нечистая сила.

Глава 59

Глядя, как Джой безропотно карабкается вслед за Чарли, Кристина ласково приговаривала:

– Вот умница. Вот хороший мальчик.

Они держали курс к выступу, выдававшемуся на полпути к гребню горного хребта.

Кристина боялась, что Джой откажется идти сам – встанет и будет стоять, как зомби. Но, как видно, он все же воспринимал реальность; он молчал, смотрел на нее невидящим взглядом, однако в глубине души, очевидно,. понимал – надо идти, чтобы спастись от ведьмы.

Ему было неимоверно трудно, к тому же он чувствовал себя неуклюже в мешковатой лыжной экипировке, а дорога местами забирала так круто вверх, что приходилось цепляться за камни и редкие кусты, чтобы сохранить равновесие. Джой не жаловался, хотя и продвигался все с большим трудом, время от времени опускаясь на четвереньки, и Кристина то и дело помогала ему перебраться через упавший ствол или покрытые ледяной коркой выступы голых скал. Они вынуждены были идти медленнее, приспосабливаясь к Джою, и все-таки шли; возьми его Чарли на руки, они не сделали бы ни шагу.

Чубакка постоянно норовил оторваться от них, прыгая и карабкаясь по склону, словно и не собака вовсе, а настоящий волк – абориген этих первозданных мест. Порой он застывал на месте, тяжело дыша, оборачивался и устремлял долгий взгляд назад; при этом одно ухо у него смешно топорщилось. И мальчик при виде своего пса, казалось, оживал и двигался с удвоенной энергией.