- Конечно, мисс, - объявил он, - ведите себя пристойно.

Мэри Фрэнсис прекратила извиваться у него в руках и стояла, задыхаясь. Светло-каштановые волосы перепутанным облаком окутывали ее лицо, между джемпером и юбкой виднелась широкая белая полоса... Впрочем, я крепко подозреваю, что Жанна дАрк взошла на костер нечесаная и с грязными ногтями. Пускай выглядит как угодно. Она сорвала мою роль Горация на мосту, поставила в дурацкое, смешное положение; но в итоге вмешательство обернулось благом. Правда, я неизменно смотрю, прежде чем стреляю и, вероятно, в любом случае не прикончил бы Мака, но... Как бы то ни было, но ежели девушка не колеблясь кидается на два заряженных пистолета, ей не нужно расчесывать волосы, чтобы снискать мое уважение. Невзирая на политические разногласия.

Я перевел взгляд на Мака, тот выпустил девицу, и шагнул в сторону. Забавно, он ни капли не изменился. Прежний худой седовласый человек, с которым я простился в Вашингтоне перед свадьбой. И костюм был едва ли не прежним. Да, пожалуй, на коротко стриженной голове прибыло седых волос; пожалуй, на лице, не выдававшем возраста, углубились морщины; пожалуй, тусклые глаза чуть поглубже ушли во впадины - впрочем, глаза у него всегда были посажены глубоко под темными бровями. Я и забыл о бровях - неожиданно черных, казавшихся неподвластными процессу старения, высасывавшему пигмент из волос. А может, он красил их щегольства ради - об этом тоже сплетничали во время войны, только мне в такое не верилось.

- Давненько не видались, сэр. Он посмотрел на пистолеты.

- Ждем осложнений, Эрик?

- Как видите. Я подумал, вы и есть осложнение. Тина не говорила, что вы поблизости. Мак заколебался.

- Ей не разрешалось, - ответил он сухо.

- Благодарю за доверие, сэр, - ядовито вымолвил я. - Наемная рабочая сила набирается отменной бодрости, ни черта не разумея в происходящем... Может быть, теперь, когда Тина сорвалась и выдернула вас из укрытия, вы соизволите объяснить положение вещей?

Он едва заметно улыбнулся.

- Разве Тина не говорила?

- Тина? Сэр, не извольте беспокоиться: Тина даже в постели не разглашает секретных сведений. Ходатайствую о представлении ее к ордену Дохлой Рыбы первой степени. Я знаю только, что кто-то собирается кокнуть Амоса Даррела в Санта-Фе, а мы изящным и непостижимым образом сбиваем с панталыку силы мирового коммунизма, работая подсадными утками в Сан-Антонио...

Я осекся. Мэри Фрэнсис Четэм подняла голову. Мак пристально посмотрел на меня.

- Амос Даррел? Доктор Амос Даррел? Вам говорили об охоте на него?

- Ну, конечно, - ответил я, - разве не так? Мак промолчал. Затем, после мгновенной паузы, произнес:

- Я не знал, что вы посвящены в это. - Взглянул на девушку. - А будучи посвященным, не следует болтать при свидетелях.

Я сморщился.

- Надерите мне уши, сэр. Перезабыл все, чему учили.

- Придется позаботиться, чтобы друзья этой дамы не проведали о нашей осведомленности.

Он уставился на девушку. Та потупилась, отвела волосы от лица и принялась поправлять одежду.

- Я хотел бы задать кучу вопросов, но лучше подожду. Подготовимся к приему гостей. Где Тина?

- Поблизости. Не думайте о Тине. Тина выполняет приказ.

- О да. Приказ и мне хотелось бы получить. Уже устал играть вслепую.

- Тина помалкивала и правильно делала. Каких именно осложнений вы ждете?

- В точности не знаю. Наши друзья, вероятно, алчут мести. Но они придумали что-то уж очень вычурное. Парадом командует великий остроумец.

- Сколько у них, по-вашему, агентов?

- Я видел трех мужчин и одну женщину.

- Опишите.

- Молодой ковбой с Дикого Запада или очень удачная подделка - бачки, черная шляпа, сидит за рулем "плимута".