— Жаль сразу возвращаться домой. А что, если мы немного познакомимся с достопримечательностями? Как насчет собора?

— Нет, если вы не против. Если уж мы хотим еще подышать, давайте совершим славную долгую прогулку, чтобы за это время позабыть все то, что я наговорил. Мне кажется, вы понимаете, что я не имел в виду ничего определенного. Просто человек видит, что видит, слышит, что слышит, и понимает в пределах того понимания, которым наделило его всемогущее Провидение.

— А что вы под этим имеете в виду? — спросила миссис Брэдли.

Мистер Тидсон взмахнул пухлой рукой.

— Живи и давай жить другим! — ответил он. — А теперь совершим по-настоящему долгую прогулку. Эмоции рассеются от движения.

Миссис Брэдли была поражена такой переменой планов, и ей стало интересно, что, по мнению мистера Тидсона, представляет собой долгая прогулка. Он повернул налево, и они дошли до объездной дороги и стали подниматься на холм Сент-Кэтрин.

Миссис Брэдли ничего не сказала. Лишь удлинила шаг и очень скоро с удовлетворением услышала, как ее спутник начал пыхтеть и отдуваться. Она улыбнулась и перешла почти на бег на небольшом отрезке дернистого склона, где он еще круче поднимался к земляным укреплениям.

Вскоре она значительно опередила мистера Тидсона. Достигнув опушки рощицы, миссис Брэдли остановилась и подождала, пока он ее догонит. Он дулся и бросал сердитые взгляды, как злой мальчишка, но миссис Брэдли эта демонстрация чувств ничуть не взволновала. Она подняла худую руку и указала вниз, на заливные луга и участки земли, разделенные протоками и ручьями.

— Полагаю, вы захватили бинокль? — осведомилась она. — Иначе вряд ли вы разглядите ее отсюда.

— Кого разгляжу? Вы о нимфе? — Дурное настроение мистера Тидсона улетучилось. — Похоже, — добавил он, доставая носовой платок и вытирая лицо, — что она интересует вас так же, как меня! Признайтесь, ну же! Интересует!

— Весьма интересует, — многозначительно проговорила миссис Брэдли. — Но я все еще не убеждена, что верю в нее, несмотря на все ваши доводы.

— Правда? — встревожился мистер Тидсон. — Я действительно считаю, что вам, знаете ли, лучше поверить. Вы должны постараться забыть, что я наговорил сегодня днем. Я всецело верю в свою нимфу и вам настоятельно рекомендую сделать то же самое.

— Возможно, это упростит дело, — согласилась миссис Брэдли. — Но что это я вижу, рядом со старым каналом?

— Где? Где?

— Вон там, смотрите! Слева от вас. По-моему, там что-то происходит. Рядом с железнодорожным знаком. Смотрите!

— Я ничего не вижу, — капризно сказал мистер Тидсон. Но миссис Брэдли заметила, что он сильно побледнел, а его пухлые щеки затряслись. — Мы можем вернуться той дорогой, если хотите, но вы, должно быть, ошиблись. Это… эти участки — частные владения. Мы не сможем туда попасть, даже если и спустимся туда. Я в этом уверен.

— Мне бы все же хотелось пройти там.

Она пустилась вниз теми же гигантскими шагами, какими поднималась на холм. Мистер Тидсон ворчал, оступался и поскальзывался, а потом выругался на ломаном испанском, к которому прибегал, когда бывал чем-то недоволен. Наконец он оставил всякие попытки не отстать от своей спутницы и нагнал миссис Брэдли уже внизу, где она поджидала его на заросшей и грязной тропинке, которая вела под арку железной дороги у подножия холма.

Возвращались они вдоль реки, но что бы там ни увидела миссис Брэдли с вершины холма, это не оставило и следа, и дорога домой оказалась лишенной всякого интереса.