Полицейский, оставленный дежурным у двери в заднюю комнату, видимо, счел само собой разумеющимся, что Кокрилл имеет право войти на сцену, и он беспрепятственно прошел через арку. Перед телом поставили ширму, чтобы загородить его от любопытствующих взглядов. Когда подошел Кокрилл, Чарлзворт, склонившийся над телом, поднял глаза.

– Есть новости о мисс Кирк?

– Нет, – ответил Кокрилл.

– И об Андерсоне пока ничего… Смотрите, что мы нашли!

Скрюченные руки и ноги Изабель были заботливо выпрямлены. Теперь она казалась очень тихой и сдержанной – накрытая белой простыней, ожидающая с бесконечным терпением, совершенно несвойственным ей в жизни, когда ее отнесут в холодное одиночество морга.

– Что это? Какие-то канаты?

Рядом с телом лежали два куска крепкой витой веревки длиной примерно по пять футов. Оба куска были связаны в петлю.

– Их обнаружили под юбкой платья, когда тело перевернули, – сказал Чарлзворт.

Коки осторожно поднял веревки и осмотрел их концы.

– Это многое объясняет!

– Н-да, – произнес Чарлзворт с сомнением. – Правда, их никак не могли использовать в качестве лассо. До балкона, должно быть, четырнадцать или пятнадцать футов. А шея несчастной находилась на четыре-пять футов выше ее ног. Понимаете, о чем я? – Он еще раз оглядел башню, прикидывая высоту. – Думаю, все двадцать. Так что веревка длиной в пять футов, свернутая в петлю, не сойдет за лассо. И вообще, зачем два лассо?

– Хм… ума не приложу, – сказал Коки, хитро прищурясь.

– И вот еще что надо учесть: рыцари с двух сторон от арки сидели на лошадях, которые как бы привстали на задних ногах. На какой высоте окажется человек в таком положении? Скажем, девять футов от пола до плеча? Он поднимает руку – это еще немного – потом, возможно, слегка подбрасывает лассо, и пять футов веревки… Правда, веревка белая и довольно чистая, она была бы заметна на фоне плюща.

– Но в тот момент на плющ падал свет, – заметил Коки. – И все внимание зрителей было сосредоточено на рыцарях.

– Да! – Чарлзворт заволновался. – Действительно! Как думаете, инспектор? Мог убийца такое провернуть?

– Вполне, – кивнул Коки. – Конечно, доказано, что женщина была задушена руками, но это мелочи. Убийца мог такое, как вы выражаетесь, провернуть…

На миг перед глазами каждого мелькнуло жуткое видение: веревка скручивается, образуя узловатые тонкие пальцы, и эти пальцы тянутся к теплому округлому горлу…

– Ну что я могу сказать… – Чарлзворт слегка приуныл. – На кой черт тогда нужны были эти веревки? Их, я полагаю, сбросили вместе с телом. – Он немного приободрился. – А может, убийца принес их с собой просто на всякий случай?

Кокрилл сомневался, что в этом преступлении хоть что-то было отдано на волю «случая».

– Что-нибудь еще? – спросил он.

– Да, вот. – Чарлзворт выудил из кармана маленький целлофановый конверт. Тот содержал бумажный квадратик с напечатанным на нем текстом, только на этот раз без человечков. – Верите или нет, но это стихотворение! Или правильнее назвать четверостишием?

– Какая разница, мы не культурный радиоканал Би-би-си. Прочитайте! – нетерпеливо потребовал Коки.

– Я его уже наизусть выучил! – И Чарлзворт зачитал со смаком:

Он испытующе взглянул на Кокрилла.

– Ну, что думаете?

– Это многое объясняет, – снова сказал Коки.