— Так точно, герр штурмбаннфюрер.

— Вы станете моим доверенным лицом, фройлен Шрат. Положение во Львове сложное. Фронт приблизился к нам и в городе много военных частей. А людей у меня не так много. Вы знакомы с работой криминальной полиции?

— Только в общих чертах, герр штурмбаннфюрер. В Ровно я была секретарем генерального комиссара, а затем меня временно прикомандировали к Абверштелле-Ровно.

— Я знаю вашу биографию, фройлен Шрат. В моем подчинении как начальника КРИПО есть несколько отрядов немецкой полиции. Но в последнее время приходится все больше полагаться на местные вспомогательные силы, фройлен. Это отряд в тысячу человек из украинской вспомогательной полиции, и отряд в 250 человек польской вспомогательной полиции. Как вы, наверное, знаете во Львове много и поляков проживает. И далеко не все из них настроены к нам лояльно.

— Я понимаю, герр штурмбаннфюрер. Но опыта работы в полиции у меня нет.

— Вас никто не заставит заниматься следствием. Ваша задача наблюдать и обо всем докладывать мне. Я направлю вас для координации действий к начальнику украинской полиции господину Владимиру Притуле.

— Хотела бы узнать круг моих прямых обязанностей, герр штурмбаннфюрер.

— Для начала изучить вот этот документ, фройлен Шрат.

Ева взяли документ и начала читать.

«12-го февраля 1944 года.

Приказ фюрера о централизации всех ветвей секретной службы вермахта и СД путем сосредоточения их в главном имперском управлении безопасности.

Создать единую германскую секретную службу сбора и доставки донесений.

Руководство службы сбора и доставки донесений поручаю рейхсфюреру СС.

Все аппараты Абвера переходят в ведомство рейхсфюрера СС».

Ева вернула документ.

— Вы уже имеет понятие о работе Абвера, фройлен Шрат. И это поможет вам в дальнейшей работе.

— Но что я должна делать в ведомстве украинской вспомогательной полиции?

— Разбираться со списками агентов…

Львов. Управление вспомогательной украинской полиции. Февраль, 1944 год.

Начальник украинской полиции Львова Владимир Притула не был доволен приходом кригсхельферин Евы Шрат. Но что он мог сделать, если её прислал сам штурмбаннфюрер СС Дитер Шенк.

— Я не совсем понял, чем могу вам помочь, фройлен?

— Вам верят, господин Притула. И мой приход сюда, этот совсем не знак недоверия лично к вам как к руководителю.

— Рад это слышать, фройлен.

— Я смогу оказать вам содействие в ваших делах, если вы убедите меня в их важности, герр Притула.

— Я еженедельно оправляю сводку штурмбаннфюреру Шенку, начальнику криминальной полиции Львова. Что же еще?

— Но в сводку входят реализованные дела. А вы ведь над чем-то работаете?

— Начальник криминальной полиции Львова имеет всю информацию по моей работе, фройлен!

— Вы пока не хотите меня понять, герр Притула. Или только изображаете непонимание. Я, перед тем как оправиться к вам, изучила материалы. Вы в последнее время часто имеете стычки с отделением польской вспомогательной полиции, герр Притула.

— Мы украинцы недолюбливаем поляков, фройлен.

— Но эти поляки служат рейху, как и вы, герр Притула.

— Мы служим в первую очередь Украине, фройлен. Мы так и называемся — вспомогательная украинская полиция. А вот поляки считают эти земли своими. Но Львов украинский город!

— Ныне это территория генерал-губернаторства, если мне не изменяет Память?

— Это так, но Мы не в составе Польши, мы в составе рейха. Не так ли?

— Именно так, господин Притула.