– Это чё, в натуре? – прошипел Андрей, зло уставившись на главного.

– Я тебе потом объясню, – процедил Борода, хитро ухмыляясь.

На пороге появился Боря с листками в руках.

– Все просто классно – Паша как живой описан. Да… Можно я это с собой возьму?

– Это в пятницу в газете будет, – пожал плечами Андрей.

– А мы сейчас с пацанами почитаем. Я ничего больше никому не должен?

– Нет-нет, вы за все заплатили, – поспешно ответил главред, пряча глаза.

Боря, горько вздыхая, сунул листки в карман замшевой куртки и ушел. Андрей повернулся к Бороде с явным намерением порвать главного.

– Так что это было, позвольте полюбопытствовать, Михал Юрич?

– Это мы заработали на два месяца безбедной жизни для нашей родной «Крестьянской газеты». Разве плохо?

– Так ведь это стопроцентный криминалитет? У этого Бори его низкого лобика не хватит, чтобы перечислить статьи, которые плачут о нем и его другане! Это для таких, как его приятель, школьники и бомжи провода воруют и калеками безрукими остаются!

– Ну-у, откуда ты знаешь? – примирительно заканючил Борода. – Главное, мы сделали профессионально добросовестный материал, нам за него хорошо заплатили. Чего ты кипятишься?

Андрей не успел возразить, его внимание привлекло фото почившего, которое вывел на дисплей верстальщик. Это был тип, которого Андрей видел в «Подкове» в начале весны. С серыми глазами-пуговицами… Тот, который увозил Анну К. в своем шикарном толстозадом лимузине.

– Это кто? – спросил Андрей чуть сдавленно.

– Герой твоего высокохудожественного эссе, – усмехнулся Виктор, чуть оборачиваясь.

Погода окончательно разгулялась. Лужи высохли, оставив желтые разводы пыльцы. В воздухе носились тонкие, едва уловимые ароматы – на окраинах расцветали яблоневые сады.

Сидеть в помещении было невмоготу, и Андрей пристроился поесть в только что открывшемся летнем кафе.

– И кто ж это у нас такой задумчиво-пре красный? – прозвучал у него над ухом дребезжащий Тамарин голос. – Что не звонишь?

– Не хочу заражать пессимистическими настроениями.

– Случилось что-нибудь?

– Срочный некролог пришлось ваять на бывшего живого рэкетира, а ныне покойного бизнесмена.

– Кто почил?

– Некий Павел Молчанов.

– Кто-кто?! – буквально поперхнулась Тамара.

– Павел Молчанов. Из твоих, что ли, «подкованных» друзей?

– Ну, друзьями их назвать нельзя… Но Пашку я видела несколько раз. Умел гулять мужик. А-а… – Тамара явно что-то усиленно соображала. – Что с ним? Какие у тебя сведения?

– Насколько я понимаю, чой-то типа сердечного приступа. Насильственная смерть в крутой разборке вряд ли имела место.

– Да… И когда произошло сие печальное событие?

– Похоже, сегодня рано утром. В пятницу в «Крестьянке» про все сразу прочтешь.

Она исчезла также быстро, как появилась.

«Какие дела у Тамарки с этими «подкованными»? Дамское издание – зачем им криминальный материал?…»

Пора было уходить.

«Если это машина нашего покойного громилы…»

Андрей споткнулся о собственные ноги.

«Стойте, стойте!.. Если этот Пашутка – приятель Анны К., еще вчера был живой и здоровый, а утром ни с того ни с сего отдал Богу грешную душу…»

Андрея несколько раз пихнули и обругали.