Ответить он не успел. Я обернулась, привлеченная шумом и застыла от удивления. Смазливый красавчик лет пятидесяти, перекинув через плечо, уносил бесчувственную Клару. Дед в разорванной рубашке пытался его остановить. Я бросилась ему на помощь, но опоздала. Красавчик оттолкнул Карла и, издав вопль победителя, унес прочь свою добычу. Дед попытался подняться, но поскользнулся на апельсиновой шкурке и упал. Я протянула ему руку, он сердито отмахнулся:

— Это все ты виновата! Ты! Все из-за тебя!

И вытер разбитый нос.

— А ведь он прав, — родичи неслышно подошли сзади. — Пришла и сразу же испортила такую вечеринку. Ну, что ты за человек такой!

И я снова не нашлась, что ответить.

Бабушку мы нашли на улице. Клара сидела на скамейке и блаженно улыбалась.

— Пьяная, что ли? — подозрительно спросил Фима.

— Она только сок пила, — сообщила Соня, тревожно глядя на бабулю. — Апельсиновый. В больших количествах он может вызвать расстройство желудка, но чтоб расстройство психики, да так сразу… Ох, не нравится мне ее улыбка.

Дед рванул к жене, комкая в руках ее шубку.

— С тобой все в порядке? Он тебя не обидел? Накинь шубу, дорогая, простудишься.

Бабушка небрежно взяла протянутую накидку, встала со скамейки и с королевской надменностью посмотрела на побитого супруга:

— Знаешь, Карлуша, я, кажется, с тобой развожусь, — и гордо пошла по дорожке к белому лимузину, подметая подолом вечернего платья серебристый снег.

Мы остолбенели.

Губы Карла Ивановича дрожали, худенькие старческие плечи тряслись.

— Она пьяная, — успокаивающе пробормотал Фима, обняв деда. — Проспится и все забудет. Вы же столько лет вместе.

Карлуша горестно покачал головой, размазывая сжатым кулаком упрямые слезы.

— Нет. Если она сказала, то значит, уйдет. Я всегда этого боялся. Держал ее, держал, а сейчас расслабился. Вот вам и результат. Разжал пальцы, она и улетела. Навсегда.

ГЛАВА 18

Утро добавило новые краски в ночной кошмар. В доме запахло разводом и разделом совместно нажитого имущества. После бурной ссоры с безутешным супругом, Клара торжественно переехала в гостевую спальню, отправив ее прежнего постояльца — Кешу — ко мне. Из чувства солидарности Кеша громко воспротивился и остался жить в гостиной, громко сетуя на отсутствие достаточного количества вместительных шкафов, а также на вероломство отдельных товарищей. Под последними, ясен пень, скрывалась моя скромная персона. Что было, на мой взгляд, совершенно, излишне. В конце концов, я никого не просила устраивать в мою честь этот дурацкий праздник с кучей приглашенных гостей. Более того, несмотря на свое скептическое настроение, я все же туда пришла, хоть и немного опоздала. Кто ж знал, что так получится? Доводов разума никто не слушал. Народу было не до того.

Со мной перестала разговаривать вся семья, включая Гену, Жбана и пираний. Эти золотистые твари гордо отворачивались, завидев мое безрадостное лицо за стеклом аквариума. Если так и дальше дело пойдет, то я умру от одиночества. Оказывается, быть парией в собственной семье — не слишком радостное событие. Остальным было куда как интереснее.

Близнецы с блестящими глазами следили за взрослыми. Для них игра в расставания была пока что в диковинку. Ольга дулась на меня и Клару. На меня — по привычке, на Клару исключительно из вредности — ибо не надо чужих женихов отбивать. Соня уговаривала бабушку одуматься и вернуться в семейное лоно, Фима подносил деду валерьянку пополам с виски. Дед покорно выпивал эту гадость, впадал в буйство и грозился покончить с собой в день венчания своей неверной жены.