— Круто капризничает! Уж ты-то эту историю хорошо знаешь. На Анну Павловну люстра сегодня упала.

— Надеюсь, с люстрой ничего не случилось?

— Тымчишин, как смешно! Никто не хочет отвечать за этот идиотский капитальный ремонт, а бабушка страдает. Я обещала, что мы приедем и с люстрой что-то решим.

— Юлька, может, ей в ЖЭК лучше позвонить или социальную службу домой вызвать? Люди за это деньги получают, это их работа. А такие инициативные, как ты, уже коллегам в тягость. Может, ну ее, бабку?

— Ладно, я без тебя справлюсь, — сердито ответила Юля. — Девчонок вон позову. А то Колокольцева на горячую линию нашу дозвонилась, значит, ей помощь очень нужна.

— Да ладно, Сорнева, тимуровец ты наш редакционный, это я так, от жары вредничаю. Поеду я с тобой к бабуленции, привешу люстру на место, куда от тебя деваться?

— Спасибо, Вадим.

Юля знала, что помочь Вадик никогда не откажется, а все остальное «защитная завеса из слов», на которую не надо обращать внимания. Но вот что ей делать с последним звонком, с сообщением о возможном убийстве Архипова?

В полицию позвонить? Засмеют! Егору Петровичу рассказать? Но ведь никаких точных сведений нет. А мало ли неадекватных людей в редакцию обращается? Наверное, каждый пятый не в себе, да еще в такую жару.

— А у тебя как журналистский улов? — поинтересовался Вадик.

— Да есть несколько тем, — уклончиво ответила Юля. — Мой главный улов — бабушка Колокольцева. — Она помедлила и все-таки призналась: — И еще был какой-то странный звонок, непонятный…

— Летом масса побочных явлений, не переживай, — успокоил Вадик. — У меня тоже чудики звонили.

— Нет, у меня другое, я даже не знаю, как сказать.

— Ну если ты, подруга, слов найти не можешь…

— Вадик, не ерничай. Это был очень странный звонок. Понимаешь, женщина, которая позвонила, она не похожа на ненормальную.

— Ну и что она хотела? Заасфальтировать дыры в своем дворе?

— Нет, это совсем другое. Она сказала, что завтра может случиться убийство.

— Здрасьте, приехали! — всплеснул руками Вадик. — У тетки точно от духоты съехала крыша. Тепловой удар. Надеюсь, ты посоветовала ей выпить таблетку аспирина и лечь с холодным компрессом на кровать. А еще лучше, пойти в кино, там кондиционеры работают.

— Я не успела ей ничего сказать. Женщина сообщила про убийство и сразу повесила трубку. Она сказала, что позвонила мне, потому что доверяет как журналисту.

— Ну, Юлька, твое имя в городе на слуху, у тебя статей много про расследования, поэтому дамочка сориентировалась. Истеричка, наверное.

— Нет, Вадик, не похоже. У нее не было истерики, надрыва, а чувствовалась в голосе обреченность, печаль.

— Она сказала, кого должны убить?

— Да!

— Ну, не тяни, Сорнева, не тяни! — нетерпеливо воскликнул Вадик. — Кого?

— Главного врача нашей горбольницы Германа Архипова.

— Да ну! — Тымчишин присвистнул. — Прямо убить? Ну, это посложнее, чем люстра бабушки Колокольцевой. Ты знаешь, у меня была похожая история. Один мужик настойчиво звонил в редакцию и рассказывал, как его избили сотрудники пенсионного фонда. Я его фамилию спросил и начальнику организации позвонил. Мужик оказался больным, его там хорошо знали. Конечно, ни о каком избиении и речи не шло. Может, эта женщина больна неврозом навязчивых состояний? А ты позвони Архипову.

— И что я ему скажу?

— Ну, ты же с ним дружишь.