— Ладно, садись пока в машину.

И пошел звать своих иностранцев. Они в это время завтракали в своем номере.

— Все уже знают, что случилось? — спросил я тихо, когда Алик вернулся.

— А ничего не случилось, — так же тихо ответил он. — Не было трупа.

— Но мы же видели. Ты и я…

— Да, — он кивнул. — Ты и я. Но у тебя своих проблем хватает, впрочем, как и у меня.

Глупо было не согласиться.

— Наверное, выспаться сегодня не удалось? — посочувствовал я, когда мы выехали на дорогу.

— Верно, дочка болеет.

— Что с ней?

— Здесь вообще дети нездоровые родятся.

— Может, лекарства какие нужны? Или консультация у специалиста? Я могу помочь, у меня много друзей среди медиков.

— Спасибо. Я узнаю у жены.

— Обязательно узнай, — я вообще переживаю, когда маленькие дети болеют. — Только не откладывай в долгий ящик. А то не знаю, сколько здесь пробуду, — оглянулся на сидевших сзади пассажиров. — Если директор, — я выдержал паузу, — решит вопрос с бумагой, сразу же уеду.

— Вряд ли тебе удастся, — как ни в чем не бывало ответил Алик, тоже чуть обернувшись назад. — Директор в командировке.

— Как так? — спросил из-за спины переводчик, — Мы ведь договорились… Завтра нам надо быть в Москве. Алик молча пожал плечами.

Минут через двадцать мы были на комбинате. Я подождал, когда наши спутники выйдут из машины, достал сигарету и закурил. Алик беспокойно посмотрел на меня.

— Что теперь будем делать?

— В каком смысле? — он пожал плечами.

— Вчерашняя история — это что, дурацкий розыгрыш?

— Не думаю, — ответил он. — Какому бы дураку пришло в голову так разыгрывать?

— Тогда зачем ты придумал эту историю про командировку?

— Ну а что еще я мог сказать?

— Тело нашли?

— Нет, конечно. Но утром я, как всегда, заехал за ним…

Никого не было.

— Еще бы, — я усмехнулся. — Мог и не проверять.

Покойники не встают из могил только потому, что надо с утра на работу…

И тут вспомнил татуировку на руке у директора и у ночного «гостя». Неужели такое совпадение — одинаковые татуировки у разных людей?

— Веди себя так, словно ничего не случилось, — вдруг тихо произнес Алик.

— Но ведь случилось! Я не страдаю галлюцинациями… Хотя, в принципе, наплевать, какие дела тут творятся. Мне нужно-то всего восемь тонн мелованной бумаги. Не так много, чтобы ради этого влезать в историю с убийством.

Алик вздрогнул, когда я произнес последнее слово.

— Ты посиди пока в машине, — предложил он, — а я узнаю, какая обстановка, как нам с тобой вести себя.

Он вернулся не раньше, чем я выкурил уйму сигарет.

— Жаркий день, — сказал он, плюхаясь рядом на сиденье. -

Бумага есть. Такая, как тебе надо.

— Ну и отлично.

— Только она на третьем складе. Ну, на старом.

— Мне-то какая разница? Или что, она подпорченная?

— Нет, качество отличное. Вот только получить ее оттуда без директора невозможно.

— Но если его нет, кто-то ведь замещает?

— С этого склада может только он разрешить… Ведь, понимаешь, склада-то вроде как не существует…

— Не морочь мне голову, говори толком.