Кендрик думает, о чем бы с ней поговорить. Будь с ним дядя Ибрагим, он был просто спросил: «Дядя Ибрагим, по-вашему, долго ли слон может задерживать дыхание?» — и они бы проговорили час. Но почему-то ему кажется, что с Тией этот номер не пройдет. Нужна другая тема. Он решает рискнуть:

— Вы смотрите «Друзей»?

— Обожаю «Друзей», — говорит Тия. — Посмотрим?

— У Ибрагима «Амазон Прайм», — сообщает Кендрик. — Он оформил подписку, чтобы смотреть «Под палубой». А кто вам больше всего нравится в «Друзьях»?

— Джоуи, — отвечает Тия. — А тебе?

Кендрик прихлебывает «Спрайт». Джоуи, значит. Не Фиби. Может, все дело в переизбытке сахара, но он чувствует себя совсем не так, как обычно. Может, так и ощущается жизнь, когда стены рухнули? В гостиной говорят на повышенных тонах, но отдельных слов Кендрик не различает.

Он ставит стакан на подставку и отвечает:

— Тия, мне тоже больше всего нравится Джоуи.

48

Джоанна в курсе, что Донна не расследует это дело. Она готова поспорить, что ее подослала Элизабет, чтобы исключить Пола из списка подозреваемых.

И тем не менее Джоанна рада ее видеть. Она хочет кое о чем попросить Донну и уверена, что та не откажет.

— Какой у вас красивый дом, — говорит Донна и садится на диван. — Это же не ИКЕА?

— Этот диван из Марокко, — отвечает Джоанна. — Но сейчас и в ИКЕА можно купить много всего хорошего.

— Ты прямо как твоя мама, — произносит Донна и смеется. Джоанна смотрит на нее, и Донна понимает, что это не повод для смеха. Она перестает смеяться.

— Странно, что прислали именно тебя, Донна, — замечает Джоанна. — Разве ты расследуешь это дело?

— Я на подхвате, — отвечает Донна. — Настоящие детективы расследуют реальные зацепки.

— И защищают принца Эдварда, — говорит Джоанна.

— А я даже не знаю, что такое хедж-фонд, — замечает Донна. — Может, я не ту карьеру выбрала? Хотела бы я такой диван.

— Зачем кому-то хедж-фонд, когда у вас в подвале в Сассексе спрятана четверть миллиарда, — говорит Джоанна. — Я бы просто украла деньги.

— Чего? — спрашивает Донна.

Джоанна смеется:

— Ну разумеется. Тебе ничего не сказали. У Холли с Ником биткоинов на четверть миллиарда. И все пытаются найти код от сейфа. Поэтому и бегают как ошпаренные.

— Господи, — ахает Донна. — Мне никто ничего не говорил. Хотя я не расследую это дело, так что…

— То есть ты все-таки пришла к нам неофициально?

Из кухни доносится шум. Донна вытягивает шею и заглядывает на кухню: хочет убедиться, что Пол их не слышит.

— Нет, — признаётся она. — Меня прислала Элизабет.

— Я так и знала, — кивает Джоанна. — Спасибо, что сказала правду. Но пусть Пол думает, что это официальный визит. Если он узнает, что тебя прислала Элизабет, он испугается.

— Она просто хочет убедиться, — говорит Донна.

— Понимаю, — кивает Джоанна.

— А ты не пошутила про четверть миллиарда?

— Нет, — отвечает Джоанна. — Только, пожалуйста, не говори Элизабет, что я тебе сказала. Она моей маме покоя не даст.

— Обычно все наоборот, — смеется Донна.