— Да иди ты на хуй, — отмахнулся он и вышел в другую комнату.

— Тебе оно надо? — Кочетков плюхнулся в кресло. — Он ведь тебя когда-нибудь точно убьёт.

— Заебётся, — буркнула девушка. — Я ему эту хуйню ещё припомню. Я же девочка, меня ебать надо…

— Да, да, я это уже слышал, — оборвал коронную фразу Кочетков. — Но он мне нужен, как и ты.

— Может, хоть сейчас объяснишь, почему? Нет, насчёт Квадрата я всё понимаю. Как торпеда — он идеальный вариант, ни разу твой приказ не оспорил. Но что такого во мне? Зачем ты держишь меня рядом с самого первого дня? Ты ведь должен меня ненавидеть за всё то, что я с тобой вытворяла.

— Не знаю, — тяжело вздохнув, ответил Кочетков. — Порой я и сам задаюсь этим вопросом.

— Пиздабол, — буркнула Марго и закрыла глаза. — У нас вода есть?

— Пить хочешь?

— Помыться. Вы же ещё те долбоёбы. Никто ни разу не догадался мне прокладку сменить. У меня такая кровавая корка на жопе, аж пиздец! И это я молчу, что ссалась под себя. От меня воняет хуже, чем от бомжа. Ненавижу вас обоих! Лучше бы я сдохла…

Марго замолчала. Игорь некоторое время смотрел на неё и не понимал, шутит она или говорит всерьёз. Нет, он слышал в её голосе некую горечь, вот только не мог понять, с чем это связано. По его мнению, всё шло хорошо, за исключением отставания от жизни. Этот момент сильно раздражал Кочеткова, потому как нарушал все планы. Но почему грустит Марго? Неужели из-за такой мелочи, как обоссанный диван?

— Тебе нужно кого-нибудь убить, — предложил Кочетков. — Мне это помогает снять напряжение. Хочешь, я кого-нибудь из соседей к нам заманю?

— Блядь, Кочет, ты в натуре с башкой посрался? — покосилась на Игоря она.

— Ну а чё? — пожал плечами он. — По-моему, очень хорошая идея.

Марго хотела ещё что-то сказать, но в этот момент в прихожей хлопнула дверь. Игорь поднялся с кресла, чтобы посмотреть, кто пришёл. Он, конечно, понимал, что никто посторонний к ним не сунется, однако то самое чувство тревожности, заставшее его на балконе, не желало отпускать. Убедившись, что вернулся Долбоёб, он снова плюхнулся в кресло. Вскоре мертвяк появился на кухне и водрузил на стол заполненную продуктами корзинку из супермаркета, а рядом уложил чью-то оторванную голову.

Судя по внешнему виду, она принадлежала какому-то моднику. Бритые виски с тонким татуированным рисунком, озорной хвостик на макушке и аккуратно, словно по линейке подстриженная борода. Наверняка этот тип сам на себя передёргивал, красуясь утром перед зеркалом. Игорь терпеть не мог этих придурков. Хотя, если честно, он откровенно им завидовал.

Мертвяк с флегматичной рожей принялся вытаскивать продукты и даже разложил их по шкафам. Затем уселся на высокий барный стул и, подхватив голову за волосы, некоторое время всматривался в лицо модного парня.

— Сосни хуйца, — прошипел он, показал голове средний палец и взялся за вскрытие черепа.

Получалось у него очень лихо. Орудуя острым когтем, он вспорол кожу по кругу и резким движением сорвал с черепа скальп. Осмотревшись, поднялся и выбросил его в окно. Видимо, чтобы не мусорить на кухне. Прежде чем вернуться к голове, захватил из шкафчика тарелки и снова взялся за дело. Пару раз стукнул по черепушке, зажал её под мышкой и с силой надавил пальцем в область темени. Кость хрустнула, пропуская его внутрь, после чего Долбоёб вскрыл её, словно шкатулку.

Всё с тем же флегматичным видом он выдвинул ящик под столешницей и выудил из него нож. Лихо разделил мозги равно на четыре части и положил каждому в тарелку. Вскоре возле блюда появились и столовые приборы, притом вместе с ножом. Мертвяк и о салфетках не забыл, водрузив их в центр стола. Игорь наблюдал за его действиями с нескрываемым любопытством и даже удивлением.