Впрочем, пока никому и ничему до конца не доверяя, Грачев просил ЧОП постоянно контролировать все то, что творится в хозяйстве.

В него начали вливать кое-какие средства в виде ремонта техники, закупки нужного количества удобрений, семян высшего качества… И Грачев прекрасно понимал, какой это соблазн для местного ворья. Ведь только украв, и продав на сторону, (какому-нибудь местному фермеру), мешок семян элитной пшеницы, можно было безбедно квасить где-то месяца два-три.

Тем не менее, это был первый год вообще в истории данного хозяйства — включая и советский период его существования — когда вся работа на земле была выполнена качественно и строго в соответствии с научными указаниями.

Грачев и Донецкий ждали этого урожая как-никогда в жизни… И он их не обманул. Это было нечто.

Там, где в лучшие годы «Красный Октябрь» получал по двадцать, по двадцать два центнера с гектара, они получили сорок! А несколько полей — даже дали по пятьдесят пять! И это было ценное зерно! Самое дорогое по закупочной цене.

На очередном собрании учредителей Грачев сиял как медный таз.

— Это победа! — восторженно заявил он. — Нам пришлось серьезно помучиться, но результат — великолепный. С такой урожайностью нам ничего не будет страшно. Если сравнить по затратам, то рентабельность приближается где-то почти к пятидесяти процентам! Мы вкладываем рубль, а получаем полтора. Так что взятые кредиты мы можем отдать уже в этом году.

Несколько скептически относящийся к этому делу вначале господин Кудякин был весьма приятно удивлен. Он даже предложил еще вложиться в бизнес. Грачев согласился подумать над предложением.

С одной стороны, если принять предложенные средства, то Кудякин становится крупнейшим учредителем. С другой стороны… С другой стороны Павел Александрович мечтал уже о следующей покупке. В соседнем районе также на ладан дышало еще одно сельхозпредприятие, обладавшее землей хорошего качества. Ситуация в нем была такая же критическая, какая ранее была и в «Красном Октябре».

Директор этого предприятия имел беседу с Шуваловым, предложив тому поговорить с Грачевым, и выкупить у него долю в хозяйстве, составлявшую шестьдесят два процента.

— Я много не прошу, — сказал он. — Мне бы только на старость хватило. Да и колхоз жалко. Я ведь тут четверть века отпахал. А сейчас землю бурьяном зарастает. Людишки спиваются, разбегаются кто куда. А я и родился тут. Мне больно. У вас деньги есть, я слышал, в «Красном Октябре» порядок, наконец, навели… Выкупайте мою долю, и работайте с Богом.

Сумму старик запросил вполне разумную, но ведь получив решающую долю, «Деметра» получала в нагрузку и немалые долги хозяйства. Так, например, они были столько должны энергетикам, что предприятию просто отключили свет.

Нужны были средства, и немалые. Кудякин собирался продать один из своих магазинов, и вложиться в «Деметру». Это было достаточно серьезно. Магазин был довольно крупный, и денег за него Кудякин рассчитывал получить немало.

Павел Александрович решился.

Было проведено новое собрание, от Кудякина приняли средства, и директора «Заветов Ильича» пригласили в городской офис.

Офис… Когда «Деметра» еще проводила организационный мероприятия, Мазепа настоял на том, чтобы в арендованном первом этаже жилого здания, где раньше располагались какие-то советские учреждения, был проведен качественный, так называемый «евроремонт». Это стоило немало, но Сергей Борисович был очень убедителен.

— Мы будем принимать массу народа из сельской местности, — сказал он. — Даже после того как индивидуум из деревни сходит в наш прекрасно оборудованный туалет, я вас уверяю, у него будем совсем другое настроение.