— Глядя ему вслед, Матвеев вдруг ясно понял, что это всё всерьез, сын теперь будет жить с ним, на Прерии, а значит, оружие — далеко не последнее, к чему его придется приучить. Но додумать эту мысль не дали, увлекли на пир, где усадили вместе с Ленкой во главу стола, напротив тестя и тещи.

— Раскрасневшемуся Федьке досталось место справа от отца, отчего парнишка гордо посмотрел на новых друзей, которых отправили за «детский» стол. После чего по старому русскому обычаю последовало застолье с тостами за новобрачных — механизм традиционного гостеприимства, запущенный ещё предками, работал, как новенький. «Горько» кричали так часто, что молодым приходилось то и дело вставать и целоваться. Вино, видно, дорогое — не пожалел тесть денег на свадебный пир — не ударяло в голову, но сделало капитана веселее и как-то добродушнее. Расслабился, окончательно убедившись, что семья жены его приняла, и вздрогнул от внезапно прозвучавшего вопроса.

— Нет ли мысли вернуться на Землю? — как бы между делом спросил тесть.

— Как раз, покончив с закусками, подали горячее, и Лена почувствовала, как напрягся Кирилл, видимо ждавший этого вопроса и медливший с ответом. А на Федьку стало просто больно смотреть — казалось, мальчишка вот-вот заплачет. Видимо, в мыслях он уже там, на Прерии, в доме отца. И она поспешила разрядить обстановку, перехватывая инициативу:

— Знаешь, па! Мне очень понравилось на Прерии. Там словно дышится совсем по-другому, чем здесь. Просторней и радостней. А потом у нас очень хороший дом, в котором уютно и просторно. Лучше уж вы к нам приезжайте погостить. Покатаем вас на яхте, на охоту вывезем, на рыбалку… — она тарахтела, расхваливая красоты и прелести жизни на «своей» планете и чувствовала, как расслабляется муж и светлеет лицом внезапно приобретённый пасынок. Ей безумно хотелось сохранить в своей семье лад и безоблачность — вот и заторопилась развеять даже намёк на напряжение, хотя холодный разум и говорил, что отец не просто так спрашивает. Видимо, уже прощупал почву для того, чтобы устроить семью дочери поближе к родовому гнезду.

— И детей там растить куда лучше! — закончила она убойным аргументом, имея в виду пасынка, и пряча улыбку, когда глаза всех родичей с подозрением попытались ощупать ее стройную фигурку. Вот это отвлекла! Теперь все будут думать, что поспешная свадьба была сыграна именно поэтому. Словно защищаясь, добавила: — Мы четверых хотим! Правда, Кир?

— Молодой муж подавился вином, не ожидая таких откровений, и братья Ленки захохотали, заражая всех своим весельем. Глава семьи Русаковых улыбнулся в усы и решил отложить этот вопрос. В конце концов, еще не вечер, на уговоры оставалось шесть дней.

—

—

— ***

—

— Разговор состоялся спустя два дня, в кабинете генерала Русакова, совсем недавно получившего новое звание. Весь антураж этого строгого помещения, со стеной, увешанной оружием, массивным столом под старину и тяжелыми шторами, не пропускающими свет, был призван вызвать у молодого зятя как минимум душевный трепет. Однако Матвеев держался уверенно, на вопросы о своей жизни на Прерии отвечал прямо и открыто, а потом первым умудрился пойти в атаку, не дав генералу возможности более тонко перевести разговор в нужное русло.

— Господин генерал, разрешите говорить откровенно?

— Разумеется, сынок.

— Я не останусь на Земле, какие бы блага мне здесь ни предложили. Там мое сердце. И решение своё не изменю.

— Я думал, твое сердце принадлежит теперь моей дочери, — хмыкнул старик. — А ты подумал, что лучше для нее?

— Матвеев вспыхнул:

— Ей там понравилось.