— Кто он, чем занимается?

— …Не знаю, — сказала Лида.

— Очень хорошо! — саркастически заметил Волгин. — Где вы с ним познакомились? При каких обстоятельствах?

— Сначала вы должны мне объяснить… — начала Лида, но тут в помещение зашли стремительным шагом двое. Остановившись перед столом, первый из них — седой и невысокий — спросил:

— Капитан Волгин? — Волгин уже поднимался, а седой, не дожидаясь, сунул ему под нос открытую книжечку и сказал резко: — Прекратить допрос! Вы что, капитан, правил не знаете? Все допросы только в управлении! Где задержанный? — Он развернулся к решетке. — Этот? А это, — он кивнул на Лиду, — я так понимаю, с ним?

— Это свидетель, — произнес Волгин, совершенно задавленный его энергичностью.

— Ясно. Девушка, вы сейчас проедете с нами. Это ненадолго. — Он уже поднимал растерянную Лиду за локоток. И передал ее своему напарнику со словами: — Семен, проводи к машине.

Лиду вывели, а этот человек-ураган уселся на ее место и обратился к Волгину, тоже опустившемуся на свой стул:

— Так, ну рассказывай. Что у вас тут за история с терактом?

— Да вроде бы разобрались, — ответил капитан. — Контейнер тут был один непонятный, опасались, что взрывчатка, а там тряпье оказалось гуманитарное, ну этот… Секонд-хенд.

— Так. И что Никольский, пытался его украсть?

— Кого?

— Контейнер! Как он вообще с этим связан?

— А-а, да нет, — сказал Волгин и, чуть подумав, добавил: — Вроде нет. Его в неположенном месте поставили, ящик этот, — прямо у телефона, и там эту свидетельницу приперло — ну, дверь ей перекрыло так, что не выйти. Вот Никольский там и крутился. Лепестков мне доложил обстановку, а я и говорю — веди этого парня сюда, неспроста он там вьется. Ну а тут уже…

— Понятно, — прервал его опер. — Давай подпишу тебе бланк о передаче задержанного. Лепесткова вашего можем позднее вызвать для снятия показаний. Атак у меня все, — сказал он, поднимаясь. — Открывай камеру.

Они вместе подошли к решетке. Когда капитан ее отпер и Ян шагнул наружу, первое, что сделал опер, — закольцевал его в наручники.

— Могу я узнать, кто вы? — спросил Ян.

— Борис Федотов, следственный отдел прокуратуры, — сказал седой. Ян решил, что сейчас самое подходящее время, чтобы задать ключевой вопрос:

— Я имею право знать, за что арестован?

— Имеете, — согласился Федотов, проколов его голубым, пронзительным, как клинок, взглядом. — Вы арестованы по подозрению в убийстве Павлова Игоря Петровича.

— Какого Павлова? — сказал Ян устало, не особенно надеясь на ответ. Опер ответил вопросом:

— Вы были вчера в кафе «Русалка»?

Тут наконец-то до Яна дошло, где зарыта собака. Вернее — где порылась собака, и не какая-то безобидная, а псина волчьей породы по кличке Азиат. Он же вчера назвал себя главным свидетелем убийства, так что ему мешало пустить следствие по следу Яна Никольского, тем более что имя ему известно, как наверняка и прочие реквизиты. Право смешно — Азиат пытается добраться до снайперов, а они крутят им как хотят, используют в хвост и в гриву в своих интересах, но самое смешное, что он об этом ни сном ни духом.

— Да, я был в «Русалке», — подтвердил Ян. — Но никого не убивал.

— А вот с этим нам еще предстоит разобраться, — «утешил» Федотов, увлекая его к выходу.