Канава была не очень глубокой, но о том, чтобы выбраться из нее самостоятельно, не могло быть и речи. Тут нужен мощный тягач. Джереми выключил зажигание и замер, окруженный со всех сторон снежной пеленой. Он обдумывал варианты, хотя сразу понял, что на самом деле вариант только один — идти пешком. Если он сейчас позвонит миссис Мелроуз, то она, наверное, сможет отправить кого-нибудь ему на помощь, но это займет много времени, а Саманта одна, в охотничьем домике, без телефона, среди жуткого урагана… И неизвестно, все ли у нее в порядке. Может, там не работает отопление, снесло линию электропередачи, что-нибудь сломалось или… тут, кажется, водятся разные дикие звери…

Джереми натянул на голову капюшон, замотал шарфом лицо и шею, натянул перчатки и резко открыл дверь машины. Ледяной пронизывающий ветер резко ударил ему в лицо и чуть не сбил с ног. Джереми выпрямился, выбрался из канавы и пошел в обход упавшего дерева. Оказывается, ветер не такой уж и сильный, если не считать порывов, которые действительно могут заставить потерять равновесие. А так — вполне можно идти. Нужно только держаться деревьев. И тогда через несколько сот метров он окажется у охотничьего домика.

Идти приходилось практически вслепую. Ветер безжалостно швырял снег в лицо, и Джереми мог только время от времени открывать глаза, чтобы убедиться, что деревья все еще справа от него. Как хорошо, что кто-то догадался посадить вдоль дороги эти деревья! Иногда он с размаху натыкался на какие-то кусты и понимал, что свернул с дороги. Он снова смотрел на деревья и принимал нужное направление.

Все это время в голове у Джереми не было практически ни одной мысли, кроме мыслей о Саманте, о том, что он, во что бы то ни стало должен добраться до нее как можно скорее.

Снег забирался во все щели и даже, кажется, в поры кожи. Сначала Джереми пытался вытряхивать снег из-за шиворота и стирать его с лица, но очень скоро убедился, что это не имеет смысла. Буквально через несколько секунд он снова ощущал снег у себя под шарфом и ледяную корку на лице. Джереми казалось, что он идет уже около часа. А может, даже несколько часов. Эта дорога какая-то бесконечная. Ресницы стали тяжелыми, и ему стало казаться, что они вот-вот примерзнут друг к другу и он больше не сможет открыть глаза. Щеки и лоб онемели от ветра. Ноги замерзли, и он их почти не чувствовал. Сначала Джереми пытался шевелить пальцами, чтобы согреться, но вскоре ему стало не до этого.

Где же этот охотничий домик? Что, если он давно сбился с пути и идет совсем не туда? Он понимал, что это не может продолжаться долго. Скоро силы оставят его, он упадет и замерзнет. Уже сейчас он чувствовал в себе зарождающееся желание рухнуть на снег, свернуться калачиком, уснуть и ничего не чувствовать. Снег все глубже проникал под одежду. Дышать становилось все труднее. Джереми остановился и попытался сделать глубокий вдох, но снег залепил ему рот и нос — и он закашлялся. Потом медленно побрел дальше, вытянув вперед руки, чтобы хоть немного защитить лицо от ветра.

— Саманта! — неожиданно сорвалось с его губ.

Ему показалось, что где-то в серой снежной мгле мелькнул огонек. Но он был слева, а не впереди, как ожидал Джереми. Да и был ли он вообще или у него уже начинаются видения? Джереми попытался сориентироваться в пространстве. Все это время надежным ориентиром ему служили деревья, росшие вдоль дороги, — но куда же они подевались? Он вглядывайся в снежные вихри справа от себя и ничего не видел.