– В Крыму, – вздохнула Зинаида, – вероятно, в Ялте, похищены женщина и двое ее маленьких сыновей. Я думаю, с твоими связями тебе не составит труда узнать исполнителей. Организатора я назвать пока не могу.

– Если бы ты его назвала, – улыбнулся он, – было бы гораздо легче и быстрее выявить знакомых и связи. Но нет, так нет. Мне нужны фамилия, имя и отчество этой женщины, имена и возраст ее сыновей. Каким временем я располагаю?

– Самое большее – два дня, – быстро ответила Зинаида.

– И разумеется, ты попросишь меня пока не заниматься Колдуном, – улыбнулся отец.

– Если только совсем немного информации о нем, – засмеялась она. – Я бы хотела знать, кто он.

– Вынужден тебя разочаровать. Все, что я о нем знаю, ты уже слышала.

– Но, папа, ты же можешь выяснить чуточку больше.

– Разумеется. И на это ты мне отводишь три дня?

– Палусов был тоже умный человек, – сказала она.

– Вот поэтому я совсем немного изменил фамилию и называю себя Паулюсом.

– Он уходит, – обнимая прижавшуюся к нему женщину, проговорил крепкий мужчина.

– Некоторое время идите следом, – услышал он в закрепленном в ухе микрофончике.

– Мне нужно знать путь его следования, – перебирая четки, негромко сказал Хоттабыч. Парень поспешно вышел. – Передайте Генералу, что я жду его завтра, – ни к кому конкретно не обращаясь, проговорил Хоттабыч. Стоявшая у другой двери молодая женщина тут же вышла.

«Ты не узнаешь, – мысленно обратился к сыну Хоттабыч, – что я все-таки достоин уважения».

Старик включил видеомагнитофон.

– …ищет удовлетворение в моральном поражении противника. Тряпка, – презрительно плюнул на экране черноусый.

Хоттабыч, тут же нажав кнопку задержки кадра, вгляделся в брезгливое выражение на лице сына. Потом нажал кнопку перемотки.

– Милый, – весело обратилась к нему появившаяся в дверях Альбина, – мне сказали, что ты звал меня. Зачем?

– Хотел сделать тебе сюрприз. – Он усмехнулся в бороду.

– Милый. – Подойдя, она чмокнула его в щеку. – Ты знаешь, как я обожаю сюрпризы.

– Этот тебе особенно понравится, – многозначительно заметил Хоттабыч.

– Я как последний идиот выложил все о своих отношениях с Лозюком! Рассказал ей о Валентине! – Дрожащими руками достал из кармана халата таблетку нитроглицерина, сунул ее под язык.

– Успокойся, ради Бога, – сказала Флора, – ведь у тебя больное сердце, не волнуйся. Тайка, наверное, просто уехала на строительство дачи. Ты же помнишь, она говорила, что строит себе нечто потрясающее.

– А если она сейчас у Хоттабыча, – пролепетал он, – и подробно рассказывает ему о нашем деле? О том, что на Камчатке вместе с алмазами пропала Галя?

– Не думаю. – Флора покачала головой. – Ведь она сама заинтересована в этом деле. Для того чтобы что-то выяснить, нашла Серова, похитила его жену и детей, принудила его…

– Что касается моей заинтересованности, – перебил ее насмешливый голос вошедшей Таисы, – то это единственная здравая мысль, которую я слышала от тебя за последнее время. А что касается твоего предположения, вернее, обвинения в связи с Хоттабычем, – обратилась она к Бунину, – то я допускала мысль, что ты идиот.