|
Страх стал сгущаться вокруг блеска клыков, голодных искр в жёлтых глазах. Вдруг оказалось, что я не просто боюсь, а боюсь именно Грегори. Его когтей, его зубов. Боюсь так, как никогда не боялась ни его, ни кого-нибудь вообще из моих леопардов. Он лизнул меня в лицо быстрым движением. Я пискнула — тихо, высоко, испуганно. — А ну, ещё раз так сделай, — попросил Грегори басом. Ричард схватил его и оттащил от меня. — Не лезь к ней. Грегори остался стоять пригнувшись, будто думал, не затеять ли драку по этому поводу. Но потом сказал: — Ладно, не буду к ней лезть. Он повернулся к Натэниелу и щёлкнул зубами рядом с его лицом. Натэниел вскрикнул. Наш страх нашёл себе причину. Логики в этом не было. Любое страшное подошло бы, просто под руку подвернулся леопард-оборотень. Грегори захохотал. Ричард дёрнул его и оттащил чуть ли не к стенке. — Я тебе сказал, чтобы ты к ним не лез! — Ты сказал, чтобы я не лез к ней. Я и не лез. — Оставь их всех в покое, — велел Ричард. Грегори встал. В образе зверя он был не ниже Ричарда. — Ты мне говоришь, что их я тоже не должен трогать? — Именно. Мне тоже хочется, но я этого не делаю. — А почему? — удивился Грегори. — Потому что друзей не мучают, Грегори, — сказал с порога Мика, вошедший вместе с последней подружкой Ричарда. Она была примерно моего роста, темно-каштановые волосы до плеч. Одета в светло-синюю юбку и белую блузку с синими цветочками. Сандалии и тщательно отполированные ногти на ногах завершали убор. Она цеплялась двумя руками за руку Мики. Обычно так висят только на своём парне. Оказалось, что есть эмоция, которая пробивается у меня сквозь страх — это ревность. Какого черта она на Мике виснет? Она задрожала в дверях, глаза её разбежались, будто она слышала что-то, неслышимое другим. — Что это? — спросила она шёпотом. — Страх, — ответил Грегори. — А! — тихо сказала она и отодвинулась от Мики. Подошла к нам, уставилась, потом отвернулась. Покраснела, встретила взгляд Ричарда и покраснела сильнее. Грегори подошёл к ней, навис своим звериным обликом. — Тебе тоже хочется с ними поиграть? Она снова посмотрела на нас, и глаза её уже не были человеческими. Я этот фокус видала тысячу раз, но сейчас завопила. Завопила как туристка, а Натэниел прижался ко мне, будто хотел вылезти с другой стороны. Дамиан лежал у меня на коленях неподвижно, будто страх уже убил его. — Уведи Клер, — сказал Ричард, и в его голосе послышался первый едва заметный намёк на рычание. — Она слишком новенькая, и если вызвать вот так её зверя, она кому-нибудь кровь пустит. Я испустила тихий, беспомощный звук. Мика взял Клер под руку и повёл к двери. Она не сопротивлялась, просто ему приходилось слегка тянуть, а её звериные глаза на хорошеньком личике смотрели на нас. Она уже не смущалась — ничего не осталось в ней человеческого, чтобы смущаться наготой. — Что с ними происходит? — спросил Мика. — Первый мастер Дамиана пытается их убить, — объяснил Ричард. — Как? Я не поняла, спрашивает он, как это случилось или как она это пытается сделать. — Напугав до смерти. Мика почти уже довёл Клер до двери. — Как ей можно помешать? Ричард посмотрел на него: — Если Анита станет на мне кормиться, а Жан-Клод прискачет на выручку. |
