Хью бросил на меня ехидный взгляд.

— Что? — спросила я. — Почему ты так смотришь?

— Книгу ты, разумеется, не читала?

— Какую?

— Руководство для суккубов.

— Нет, конечно.

— А я еще постарался раздобыть для тебя сокращенный вариант, — сказал он с обидой.

— Хью, — зарычала я, — о чем ты?

— О том, что, как наставница, ты за нее отвечаешь. Если она так и не сможет заарканить жертву, расплачиваться придется тебе.

— Что? Это же смешно!

— Таковы новые правила.

— Я получу выговор за ее выкрутасы?

— Выговор? За то, что один суккуб не смог научить другого укладывать парней в койку? Это настолько нелепо… не знаю даже, случалось ли подобное прежде. И что с тобой сделают, тоже не знаю. Самое малое — вынесут порицание. Переведут работать под старшим суккубом.

— Я сама старшая.

Он пожал плечами.

— Но если она врет… — начала я.

— Это придется доказать.

Я протерла глаза.

— Полный бред. За что Нифон меня так ненавидит? Душу мою уже купил… чего ему еще надо, ради всего святого?

Я ждала очередной шуточки. Но Хью промолчал и демонстративно отвел взгляд.

— Что еще такое? Хью!

— Не знаю, Джорджина. — По имени он называл меня редко. — Иногда мы заключаем договоры, к которым с виду не подкопаться. А потом вдруг выясняется…

— Что ты имеешь в виду?

— Работал я с одной чертовкой, когда жил в Далласе. Ракель ее звали. Она заключила как-то договор с парнем, которого бросила жена из-за того, что он оказался стерильным. Не мог иметь детей.

Хью зачем-то проиллюстрировал сказанное, указав на низ живота.

— Я знаю, что такое стерильность, умник. Дальше.

— Он продал душу с условием, что его бывшая жена тоже не сможет иметь детей. Обозлился и жаждал справедливости. Наказать ее хотел, как она его наказала. Ну и вот, наша сторона устроила ей воспаление, от которого фаллопиевы трубы отказали, матка рубцами покрылась… не знаю толком, что там было. Ваши женские дела.

Я закатила глаза. Сплошное притворство — Хью знал о «женских делах» побольше меня, поскольку за свою долгую жизнь успел поучиться медицине.

— Жестоко, — сказала я. — Но парень этого и хотел, как я понимаю.

— Да. Казалось бы, дело сделано… но дальше все пошло не так. Или так — с какой стороны поглядеть. Яичники у нее еще работали, производили яйцеклетки, только выносить ребенка она не могла. Тогда они с новым мужем нашли суррогатную мать. Сдали что надо, смешали коктейльчик в чашке Петри, и суррогатная ребенка выносила. Бэмс!

— Жена таки ребенка получила. — Я призадумалась. — Ого. Наука нанесла поражение аду. Правы были философы Просвещения…

Хью усмехнулся.

— Всему виной была глупость. Кое-кому — Ракель, я имею в виду, — следовало хорошенько подумать, выбирая инфекцию как способ добиться бесплодия. Ракель облажалась. Парень возбудил процесс — по причине нарушения контракта — и получил свою душу обратно.

— Вот это да, — сказала я. — Держу пари, шуму было много. И что нынче поделывает Ракель?

Он поморщился.

— Думаю, лучше нам не знать.

Я согласно кивнула.

— Но какое отношение это имеет ко мне? Редкий случай…

— Ха, такое бывает чаще, чем ты думаешь.