Изменить размер шрифта - +

– Да, – осторожно ответила я. – Это так. А если бы я знала, какой ты, Дэвид, чудесный, то наверняка еще больше захотела бы с тобой встретиться. Но тогда мне только… очень понравилась твоя фотография в «Гардиан». Вот я и предложила Лили твою кандидатуру.

– И я очень этому рад. Иначе мы бы тут сейчас не сидели, правда? – Я почувствовала, как он нежно коснулся ногой моей ноги.

– Да, едва ли.

– И мы бы не собирались провести вместе следующий уикенд…

– Это точно.

– Будет здорово, – сказал он, пока мы задвигали стулья. – Одна из моих лучших командировок.

– Я тоже очень жду этого уикенда, – откликнулась я, когда он взял меня за руку.

…Да, я ждала, но в то же время и боялась – ведь Дэвид наконец узнает правду. Я понимала, что мы уже подошли к той черте… Сердце отчаянно колотилось. Через неделю, в это же время, он обо всем будет знать…

– Пожалуй, мне пора, – с сожалением сказал Дэвид, когда мы вышли из ресторана.

– Во сколько уходит твой «Евростар»?

– В три тридцать. У меня сорок пять минут, чтобы добраться до Ватерло и пройти регистрацию. – От его поцелуя у меня внутри словно вспорхнуло целое облако бабочек. – Я позвоню тебе, когда приеду. До скорого, мисс Поведение. – Он направился в сторону метро, но, сделав несколько шагов, обернулся и помахал мне.

– До скорого, – сказала я.

Идя по Риджентс-парк-роуд, я снова увидела Салли. Она сидела на террасе кафе по соседству с моим домом и болтала по мобильнику. Значит, воскресенье – по крайней мере, первую половину дня – они с Маркусом проводили порознь. Я почему-то обрадовалась этому обстоятельству. И дело не в том, что меня заботила личная жизнь Маркуса, а просто эта Салли казалась мне жуткой занудой. Она ведь, наверное, даже не целуется с ним из боязни подхватить какую-нибудь инфекцию.

– И он принес мне клубнику, мамочка. – Говорила она вроде бы негромко, но как-то пронзительно. – Да… ужасная аллергия. Я знаю. А ему хоть бы что… Сегодня вечером. Он хотел заехать за мной в восемь, но я настояла на семи… Я объяснила ему, что должна быть в постели не позже десяти, а иначе я просто не функционирую. Да, возможно, это МЭ.

Я решила переименовать ее в «Гнусалли», ведь она постоянно гнусила и скулила. «Бедный Маркус», – подумала я, подходя к дому.

Вернувшись домой, я приняла по электронной почте фотографии Дэвида и распечатала их, чтобы передать Дейзи. На первых двух были мы с Дэвидом (это Дейзи нас сняла). Меня поразило, какими счастливыми мы на них выглядели. На фотографии мы составляли отличную пару, и если я решу промолчать, то мы вполне сможем стать парой в реальности. Никто не заставляет меня говорить ему правду.

– И так соблазнительно оставить все как есть, – поделилась я с Германом. Он повернул ко мне обеспокоенную мордочку с нахмуренными бровями. – Но я просто не смогу с этим жить. – Герман забрался на свою подушку, всем своим существом выражая трагическое смирение.

Дожидаясь, пока снимки распечатаются, я заглянула в главный раздел «Санди телеграф». На последней странице, в разделе «Хроника», мне попалась фотография Александра с подписью: «Эй, Голливуд!» Внутренне сжавшись, я пробежала глазами текст.

«Не успели закончиться финальные титры фильма „Земля!", а исполнитель главной роли Александр Дарк уже привлек внимание ведущих кастинг-агентов Тинселтауна. В следующем месяце он летит в Лос-Анджелес на кинопробы… По нашим сведениям, Риз Уизерспун заинтересована в том, чтобы он сыграл в ее новом фильме… По словам Дарка, он более чем счастлив сменить Арчуэй на Беверли-Хиллз».

Быстрый переход