Он не намеревался оставаться в городе дольше, чем это было необходимо. Сделает дело и сразу же уберется подобру-поздорову. Интересно, аэропорты открыты? Все-таки расстояние до Шереметьево-2 приличное. Вряд ли там станут поднимать панику, пока не возникнет непосредственная угроза жизни и здоровью многоуважаемых иностранных гостей. Стало быть, туда он и подастся.

— Ну что же, Светлана Владимировна, — сказал Родищев, ставя карабин на предохранитель и забрасывая ремень на плечо. — Собирайтесь, поедем, покатаемся. Если нам повезет, возможно, мы расстанемся даже раньше, нежели я планировал первоначально.

Достав из кофра салфетку для полировки цевья, ложа и приклада, Родищев обмотал ею лезвие ножа и сунул его в карман куртки.

Светлана посмотрела на него, спросила безучастно:

— Вы везете меня убивать?

— Да господь с вами, Светлана Владимировна. Это только в кино отмороженные идиоты валят народ направо и налево. В жизни все, абсолютно все, поверьте, предпочитают обходиться без стрельбы. — Родищев усмехнулся. — Мы едем к банку. К «Первому общероссийскому». Может быть, заодно и мужа вашего бывшего там повстречаем. Пообщаемся. Думается мне, Александру Демьяновичу будут небезынтересны некоторые детали жизни его собственного босса.

Светлана стала сомнамбулически собирать в сумочку какие-то деньги, косметику, побрякушки.

— Оставьте. — Родищев вывалил содержимое сумки на ковер. — Никчемное барахло. Возьмите документы, сигареты. Если принимаете лекарства — тоже возьмите. Зажигалку. Телефон захватите. Все, пойдемте.

Они спустились во двор, Родищев постоянно оглядывался, держа правую руку под полой куртки — палец на спусковом крючке. Левой же он цепко сжимал руку Светланы чуть выше локтя.

— Идите быстро, не крутите головой, упадете, — говорил Игорь Илларионович. — Серый «Москвич». Да не тряситесь так. Ничего страшного не происходит.

Они подошли к машине. Игорь Илларионович помог Светлане забраться на пассажирское сиденье, сам обошел машину. В этот момент и появился джип.

Черная громадина выползла из-за дома, остановилась, перекрывая выезд. Наверное, они проехали мимо, увидели пикап и сдали назад, осторожно, накатом, стараясь не спугнуть хозяев, если те крутятся где-то неподалеку. Кто-то из ребят, сидящих в джипе, был более чем внимателен, заметил под «Москвичом» мокрый асфальт.

Переднее стекло джипа пошло вниз, и Родищев смог увидеть сидящих в салоне — трех парней в камуфлированных куртках. Это были те самые парни, что четверть часа назад застрелили мужика в черной куртке. Громила-водитель тянул лет на двадцать пять. Крепкий бычок, стриженный под «ежик», с широченной грудной клеткой и покатыми мощными плечами, распиравшими свободную куртку — чуть швы не трещали. Некрупные, но широкие, сбитые ладони спокойно лежат на баранке. Серьезный мальчишечка, решил для себя Родищев. И то хорошо. Не начнет шмалять озорства ради. А что шмалять есть из чего, он видел.