— Нет.

— Нет или вы не знаете? — уточнил дежурный.

— Она никогда не говорила, что у нее кто-то есть. Всегда одна. И писем ни от кого не получала.

— Ну, то, что не говорила, еще не означает, что их нет, — констатировал дежурный. — Она же не обязана вам докладываться, правда? Ну вот.

— Но нельзя же так! — слабо возмутилась посетительница.

— Она где с собачкой-то гуляла? Только во дворе? Или, может, ходила куда?

— На пустырь ходила, — кивнула посетительнца. — И в парк иногда.

— В какой парк?

— В «Дружбу».

— А лет ей сколько?

— Семьдесят девять.

— Ну, видите. Семьдесят девять, — протянул дежурный просветлев, словно возраст пропавшей соседки все объяснял. — Человек пожилой. Вполне мог заблудиться. Или, скажем, поскользнуться, упасть. А прохожие «Скорую» вызвали. И увезли вашу соседку, а собачку в питомник сдали. На временное содержание.

— Заблудиться она не могла, — лицо у посетительницы вытянулось. — Алевтина Пална в этом районе уже сорок лет живет. Она его как свои пять пальцев знает. А если что-то случилось? Вдруг у нее сердечный приступ? И она лежит в квартире, на полу, и никто не придет ей на помощь.

— Ну, если сердечный приступ, то и мы ей ничем не поможем. — Дежурный вновь придвинул к себе журнал и углубился в чтение. — Это «Скорая» у нас по сердечным приступам. Да и «Скорая» вряд ли поможет, если три дня прошло.

— И… что же делать?

— Ну, не знаю, — дежурный откинулся на стуле, развел руками. — Вызывайте спасателей, представителей РЭУ или ДЭЗа. Я участковому, в опорный, сейчас сообщу, он подойдет. Какой адресок, говорите?

Женщина назвала адрес, и дежурный добросовестно записал его на листочке. Затем он снял трубку телефона и позвонил в опорный пункт, расположенный на той же улице.

— Семеныч? Тут на твоем участке какая-то женщина… В общем, соседи говорят, три дня ее уже не видели. Ты возьми кого-нибудь из ребят там, подойдите, посмотрите… Да знаю я, что не занимаемся. Но если РЭУ надумает дверь вскрывать, все равно кто-то понадобится там. Да я говорил уже. Давай. — Он продиктовал адрес, положил трубку и светло улыбнулся посетительнице. — Участковый сейчас подойдет.

— Спасибо, — сердечно поблагодарила женщина, старомодно прижимая сухощавую ладонь к пальто в районе груди.

— Да не за что, не за что. Служба такая.

Когда за женщиной закрылась дверь, дежурный снял фуражку и вытер лоб. Вот и хорошо. И пусть себе идет, вызывает спасателей, коммунальные службы и так далее. А то начала бы сейчас выступать — пришлось бы кучу бумаг оформлять, заявление, то, се… Да еще и «висяк» был бы. Мало ли куда восьмидесятилетнюю старуху занести может? Ладно, если дома перекинулась. Протокол составили, понятых пригласили, акт подписали — и всего делов. А ежели нет? Бегай потом, ищи, куда она с этим… Мурзиком, Пупсиком… подевалась.

К тому моменту, когда участковый добрел от опорного пункта до указанного дома, спасатели — трое парней и девушка, в рыже-синих куртках со значком глобуса и распластанной на его фоне летучей мышью, — уже прибыли и стояли на нужном этаже, негромко обсуждая с вызвавшей женщиной детали исчезновения соседки. Когда видели в последний раз, в котором часу, куда направлялась?.. Потом долго звонили и стучали в дверь, но никто так и не отозвался. Собственно, вскрыть квартиру спасателям не составило бы труда, благо дверь оказалась не стальной, обычной, обитой дешевым дерматином с многочисленными латками, но на случай, если в квартире труп, пришлось ждать участкового.