— Он мира хочет? — спросил я. — Я откроюсь тебе, мне Орда Башкорта, как кость в горле. Без него, я мог бы думать и о пути к ромеям без реки.

— Знаешь, брат мой… — Аепа задумался, на его лице появилась довольная ухмылка. — А ведь он мне завидует. Мало того, что я вышел победителем из той войны с Ольговичами, что принесла мне много оружия и коней, так я еще закупаю оружие у тебя. Он знает, сколь хорошо одеты мои воины. Будь Изяслав более хитрым политиком, он бы нашел, чем заманить к себе хана Башкорта. Да тут многое и не нужно. Подарить панцирь, коня, обещать, что кочевья никто не тронет и что Орда Башкорта будет участвовать в войнах Руси, при этом иметь достойную долю в добыче.

Нахмурив брови, я размышлял на эту тему, периодически прикладываясь к напитку, который заменил мне и чай, и кофе, и какао с горячим шоколадом, к цикорию. Ведь во всем прав хан Аепа. У Башкорта, чьи кочевья находятся в северо-западном Причерноморье, рядом с Берладой, Венгрией, недалеко от Галича, особо выбора нет, как подчиниться кому-то из сильных или же незамедлительно начинать боевые действия. Только к чему приведет война? Нужно же просто время для того, чтобы Русь дошла до кочевий Орды Башкорта и стала методично его уничтожать.

Выбора только два: Венгрия, или Русь. Венгры ближе и по менталитету и даже географически. Но мадьяры сейчас вассалы Византии, с которой у Башкорта еще те отношения, точно не дружеские. Да и с Русью почти вражда. Нужно перехватывать этих половцев и делать своими.

— Изяслав мудрый политик. Может быть, он плохо слышит Степь, ибо сам лесной человек? Но выгоду свою чует. Так что я пошлю ему весточку, и пусть засылает послов к Башкорту, — сказал я.

— Только я обижусь, если у него будут такие же условия, как и у меня, — поспешил сказать Аепа. — Я же был и остаюсь союзником и вассалом, а он воевал против великого князя.

— Об этом тоже напишу, — усмехнулся я, сразу же посерьезнел и перешел к следующему важному вопросу. — Мне нужна твоя помощь, чтобы очистить земли на западу от Дона и на восток от Днепра. Там еще бродят отряды и малые группы разбитых орд. Я собрался ставить сразу три городка по линии от Шарукани. На первом этапе много воинов в охрану строителям послать не могу. Ты уже сам понял, что мы собираемся воевать с булгарами.

— Мне уже присягнули многие из тех отрядов, иные ушли к булгарскому эмиру, так что стройся. Но скажи мне, брат, а не собираешься ли ты скоро всю степь обложить городками? — вроде бы и в шутливой форме, но был задан серьезный вопрос.

На самом деле, конечно же, да. Все Дикое Поле — это плодородные земли, разработав которые можно прокормить не один десяток миллионов человек, особенно, если использовать трехполье, более глубокую вспашку, удобрения, примитивную селекцию зерна и скотоводство со свиноводством.

Но, вот когда это время придет, через сто лет, двести? Думаю, что понадобится пару столетий, чтобы сделатьпространство для кочевой орды в сто тысяч узким. С другой же стороны, есть Крым, где может кочевать Орда, есть кубанские и южно-уральские степи. Существовали же как-то в восемнадцатом веке кочевые калмыки с башкирами!

— Не беспокойся, своим детям заведовать буду, кабы Орда твоя всегда имела кочевья. Но ты можешь оставлять в городках и стойбищах своих людей. И пусть они выращивают овец. Мне нужно очень много шерсти, — сказал я и заканчивал этот разговор, бывший временами очень неудобным.

Аепа с большей частью своего войска пробыл на моих землях еще более недели, изрядно так источив стратегические запасы Братства. Нет, он платил, даже серебром, привез много шерсти, как в счет оплаты за постой, так и для продажи.