— Опять врешь! — Эми быстро отвернулась, чтобы он не видел ее смущения и обиды, и смахнула навернувшиеся слезы. — Ты боялся сорвать переговоры, — прошипела она горячо. — Я тебе совершенно безразлична.

  — Дорогая...

  Она круто развернулась к нему, больше не заботясь о покрасневших глазах.

  — Не называй меня так. И не таким голосом. Больше он на меня не подействует. Ты меня не соблазнишь.

  — Ты же сама пригласила меня к себе. Забыла?

  — Не напоминай мне об этой глупости!

  Он поднял обе руки и отступил назад.

  — Хорошо, хорошо. Не желаю осложнять ситуацию. Я уже сказал все, что хотел, так что мне лучше пойти.

  — Погоди! Картина не продается, так и знай. Тетя Тейт говорила мне, что такая вещь не должна принадлежать частному лицу. Перед смертью она вела переговоры с парой музеев. Оставила мне письмо с полным правом решать. Именно так я и намереваюсь поступить: передать в дар музею.

  Челюсть его напряглась.

  — Очень щедро с твоей стороны, учитывая...

  — Что?

  — Что ты не сильно богатая женщина...

  — Деньги не всегда делают человека счастливым. Но если ты еще хочешь купить «Замок сирен», то выслушай мои условия.

  — А ты продашь? — удивился он, прищурившись в недоверии.

  — Я живу на Гавайях. Что мне делать с виноградниками в Провансе?

  — За сколько?

  — Приходи сегодня на ужин, я скажу. Может, даже поплаваем в бассейне. Сегодня жарко, и я устала обсуждать дела.

  — Ты готовишь? — смягчился он. — Надеюсь, не гамбургеры?

  — Ровно в восемь. Приноси контракт. И... свой купальный костюм.

  — Ты уверена, что нам нужны будут купальные костюмы... в темноте?

  Его взгляд дерзко скользнул по ее фигуре. Эми бросило в жар. Она покраснела до самой шеи.

  Пусть так. Ведь если бы он не был таким привлекательным, она бы ни за что не придумала этот хитроумный план.

  Эми искупалась и надушилась в самых интимных местах, стоя в самой большой ванной замка. Она тщательно выбрала жемчужно-белое платье и прозрачный ремешок, а к платью подошли белые босоножки на высоких каблуках.

  Посмотрев на себя в зеркало, она едва узнала в отражении себя. Совершенно другой образ, другая одежда. Раньше она всегда была похожа на неуклюжего подростка. Теперь же стала настоящей женщиной, загадочной и манящей

  Реми появился в пятнадцать минут девятого.

  — Так значит, ровно в восемь? — усмехнулась Эми, пропуская его в комнату.

  Он передал ей бутылочку французского вина.

  — Я уже хотел ехать в замок, зашел в любимый винный магазинчик, и знакомый продавец заболтал меня. Начав разговор, мы обычно не можем остановиться.

  — Все с тобой ясно.

  — Хорошо выглядишь, — улыбнулся он. — По пути сюда я попал под дождь. Но для августа это обычная вещь.

  Девушка уставилась в окно на сосны и кипарисы, верхушки которых качались под порывами ветра. Реми вынул контракт и передал ей, но она бросила его на стол.

  — Позже. Как насчет вина? По бокальчику?

  Он кивнул, и они прошли на кухню. Дрожащими руками Эми поставила бокалы, а Реми в мгновение ока избавил бутылку от пробки. Девушка взяла тарелку с сыром и крекерами и вынесла их на терраску.

  — Вижу, ты проделала немалую работу, — сказал он, посмотрев на коробки с вещами.

  Она присела в одно из кресел у стола.

  — Да, но осталась большая часть.