— Понравился - не достаточно сильно сказано. У меня даже нет слов, чтобы описать свои эмоции. Это лучше, чем я когда-либо себе представляла. — Крепко обнимаю Пирса, пока привстаю, чтобы поцеловать его. — И дело не только в Италии, а еще в том, что я здесь, с тобой. Я никогда этого не забуду. Спасибо, что привез меня сюда.

— Я рад, что тебе понравилось. И мы обязательно еще сюда вернемся. В любое время, как только ты захочешь.

— А можем ли мы вернуться в эту деревню? Я бы хотела здесь провести целую неделю. На самом деле, я могла бы здесь жить, — негромко смеюсь. — Мы не можем сюда переехать?

Пирс не смеется.

— На самом деле можем.

Я сажусь ровно.

— Ты шутишь?

— Ни капельки.

— Ты серьезно подумываешь о том, чтобы переехать?

— Мы не обязаны жить здесь круглый год, но могли бы купить дом и оставаться на несколько месяцев в году.

— О, Пирс, это было бы чудесно! Думаю, мы должны внести в наш план такой замечательный пункт.

Он мне улыбается.

— А у нас есть план?

Я тоже улыбаюсь.

— Да, наш жизненный план.

Пирс поворачивается ко мне.

— И что еще в этом плане?

— Ну, мы, наверное, должны выехать из лофта и купить дом.

— Согласен. Думаю, надо приступить к опискам сразу по возвращении. Нам не нужно ничего покупать сразу, но мы должны узнать о предложениях. — Он держит меня за руку. — Что-нибудь еще? Пока мы только решили купить два дома в разных местах, и это не очень-то и важно.

Единственное, что в моем плане архиважно – это ребенок, но я не знаю, сказать об этом сейчас или позже.

— Что случилось, Рэйчел?

Я должна просто ему сказать. Мы не можем постоянно избегать этой темы.

— Я хочу, чтобы у нас был ребенок. — Как я и опасалась, выражение его лица становится серьезным и немного обеспокоенным.

— Ты говорила, что не можешь иметь детей.

Я беру Пирса за руку, а другой рукой стягиваю одеяло вокруг горла.

— Мнение всего одного врача. Мне нужно посоветоваться еще с кем-нибудь. С другим специалистом. Тем, кто может провести больше тестов и дать заключение. Я раньше боялась, что новости могут быть неутешительными, но сейчас я готова.

— Я не подозревал, что все еще есть возможность ... — Его голос надламывается.

— Может быть, нет, но, если есть... я хочу попробовать, — делаю паузу. — Даже если у нас будет только один ребенок, все в порядке, я возьму все, что даст нам Бог. — Зажмуриваюсь, не желая плакать. Слезы подразумевают, что я сдалась, что теряю надежду. А я отказываюсь это делать. Все еще хочу верить, что у меня может быть ребенок. Открыв глаза, вижу, как Пирс наблюдает за мной. — Пирс, ты ничего не говоришь. Ты же хочешь детей, не так ли?

Молчание, и в моей груди разливается свинцовая тяжесть. Он не хочет детей. Как я могла этого не знать? Как мы могли пожениться, ничего не обсудив? Честно говоря, я думаю, часть меня знала, что он их не хочет. Когда я сказала Пирсу, что не могу иметь детей, он, похоже, не очень расстроился. Я должна была увидеть этот огромный, как неоновая вывеска, знак свыше.

— Ты не хочешь детей, — тихо говорю я, глядя на одеяло.

Снова тишина. Молчание - его ответ.

Глаза защипало от выступивших слез. И я не могу их остановить. Я чувствую себя так же ужасно, как когда мой врач сказал, что у меня не может быть детей, только на этот раз говорит мне об этом мой муж.

— Рэйчел. — Пирс тихо вздыхает. — Это не значит, что я не хочу, просто...

Я измученно смотрю на него.

— Просто что?

— Я не думаю, что смогу это сделать. Я не смогу быть отцом.