Когда я вхожу в вестибюль, то сразу вспоминаю Рэйчел. Ей бы понравилось это место. Здесь так много истории, архитектуры, художественных работ. Вероятно, она могла бы провести здесь экскурсию, даже без надлежащей подготовки. Она всегда поражает меня своими обширными знаниями обо всех аспектах американской истории.

Я следую за остальными в ту часть, где находится бальный зал. Отель зарезервирован на всю неделю только для нашей группы, поскольку многие приехали из-за пределов города, и останутся здесь на ночь. И некоторые, такие как Ройс, останутся, чтобы напиться и не беспокоиться о том, как добраться домой.

Я вхожу в бальный зал и направляюсь прямиком к бару. Подобные события вызывают у меня опасения, и проходят почти всегда хуже встреч и собраний. Я не заинтересован в разговоре с кем-либо из этих людей, и не доверяю никому из них, поэтому, когда нахожусь рядом, то постоянно пребываю в напряжении. Но мне все же лучше делать вид, что все в порядке. Спустя месяцы тренировок с тренером по языку тела, с которым свел меня Джек, я куда лучше контролирую свои эмоции. У меня был опыт, потому что меня воспитывали в доме, где эмоции считались смертных грехом, но мне еще нужно поработать над тем, чтобы не реагировать, когда случается что-то неожиданное. Например, когда мой отец от меня отрекся и уволил, я уверен, что он мог видеть шок на моем лице и слышать дрожь в моем голосе. Это те реакции, которые мне нужно научиться тщательнее скрывать, потому что, если я этого не сделаю, они будут использованы против меня.

Заказываю скотч, разбавленный водой, и пью, все еще стоя в баре. Затем беру еще одну порцию и залпом выпиваю, чувствуя тепло в желудке и приятную истому в теле. Перейдя на бурбон, и после того, как бармен вручает мне стакан, я поворачиваюсь и осматриваю комнату, решая, с кем поговорить. Иду к группе из восьми человек, занятых оживленной беседой. Может быть, они меня не заметят, и я смогу просто сделать вид, что участвую, но при этом побыть в одиночестве.

— Пирс. — Я гляжу направо и вижу, что рядом стоит Лиланд Сеймур. Не заметил его, прежде чем подошел к группе. Черт, я не смогу выдержать разговор с ним.

Он усмехается.

— Кэтрин о тебе спрашивала в ту ночь за ужином.

Остальные смеются. Все знают о подростковой влюбленности его дочери.

— Ты должен убедить дочь найти молодого человека своего возраста, — советую я, делая глоток со стакана.

— Я пробовал, — отвечает Лиланд, — но она говорит, что предпочитает зрелых мужчин.

— Возможно, Пирс мог бы быть ее парой на выпускном, — усмехается Кантон Стиллвелл. Кантон – владелец отеля.

— Или, может быть, ты скажешь ей, что я женат, — говорю я, — и покончишь с этой нелепой влюбленностью раз и навсегда.

Мужчины перестают смеяться. Переглядываются друг с другом, будто что-то от меня скрывают.

Я поочередно оглядываю каждого из них.

— Джентльмены, вы что-то хотите мне сказать?

— Нет. Ничего. — Лиланд улыбается, чрезмерно широкой и насквозь фальшивой улыбкой.

Я бы посоветовал им всем походить на курсы к моему тренеру. Поведение выдает их с головой. Они определенно что-то скрывают.

— Говоря о твоей жене, — начинает Лиланд. — Не могу дождаться встречи. Я так много о ней слышал. Наивная фермерская девчонка из Айовы. Или Айдахо? Огайо? — Он смеется. — Не имеет значения, где-то посередине. — Я борюсь с любой реакцией. Нельзя позволить Лиланду забраться мне под кожу. — В любом случае, — подытоживает он, — мы все с нетерпением ждем встречи с ней на вечеринке.

— Какой вечеринке?

— Мы с Одри переехали и справляем новоселье.

— Я не знал о вечеринке, но мы с Рэйчел не сможем присутствовать.