Они прошли мимо заполненных вешалок и свернули в крошечный закуток, где разместились столик и два хлипких стула. На столе стоял электрический чайник и бумажная тарелка с недоеденным бутербродом с колбасой, пахнущей чесноком. Алка с сомнением посмотрела на этот натюрморт, но все же села и повторила спокойно, но твердо:

– Слушаю вас!

– Нет, – сказал гардеробщик, – это я вас слушаю! Причем излагайте все в подробностях, но четко, у меня мало времени!

– Что-о? – Алла возмутилась и решила немедленно уйти, но оказалось, что это невозможно: противный гардеробщик задвинул ее стул в самый угол, да еще и столом зажал.

Однако плохо же он знал Аллу Владимировну. Она резко приподнялась, так что хлипкий стол покачнулся, и гардеробщик едва успел подхватить в воздухе падающий чайник. Бутерброд же свалился прямо ему на брюки, причем, по известному закону, вниз колбасой.

– Ну что такое… – расстроился он, – ну ладно, ладно… Поговорим спокойно.

– То-то же, – буркнула Алла. – Это я не располагаю временем, меня в зале ждут, так что давайте быстрее.

– Вы меня обманули, – начал гардеробщик.

«Да я тебя вообще первый раз вижу! – хотела заорать Алка. – Ну, второй…»

Однако смолчала усилием воли. Чего только не сделаешь ради близкой подруги!

– Вы меня обманули, – строго повторил гардеробщик, – ваша подруга, или кто она там есть, обманом выманила у меня вещь, которая ей не принадлежит.

– Какую еще вещь? – по инерции отмахнулась Алка. – Вы сами отдали ей пакет.

– Да, потому что она предъявила номерок! Пакет оставил Игорь, сказал, либо он за ним придет, либо она!

– Кто – она?

– Известно кто. Сестра его Ирина. Он ее описал – светлые волосы, довольно короткая стрижка, фигура стройная… я и подумал, что это она, сестра…

Алка расстроилась, что Надежду назвали стройной, но гардеробщик этого не заметил.

– А вчера из достоверного источника я узнал, что Ирина две недели назад попала в аварию, находится в тяжелом состоянии и прийти никак не могла. И выходит, что я отдал пакет незнакомой женщине. И что я теперь Игорю скажу?

– Ничего не скажете, – мстительно заметила Алла, – он не придет. Убили его.

– Что-о?

– Что слышал. Убили его третьего дня. Отравили на глазах у моей подруги! – бухнула Алка.

– Кто убил – она? – Гардеробщик схватил чайник и напился прямо из носика.

– Да не она, конечно, а та баба, чей труп в вашем музее нашли. Слушайте, что у вас тут происходит? Кто такой Игорь? Для чего он Надежде голову морочил?

– Вы не понимаете… ему очень нужна была та книга…

– Ну так и пришел бы и сказал честно – так, мол, и так… А для чего Квадратовым представляться, когда мы знаем, что Петька сорок лет назад умер? То есть убили его. Кстати, вы про то убийство ничего не знаете? Кто всю семью Квадратовых зарезал?

– Это Мессир… – прохрипел гардеробщик.

– Какой еще Мессир? – оторопела Алка. – Кто это?

Гардеробщик не ответил, прислушиваясь к чему-то, потом встал, осторожно передвинув стул.

– Вы куда? – вскинулась Алка.

– Я сейчас, – сказал он, написал что-то пальцем на столе и ушел.

Алка успела заметить, что перед этим он открыл дверцу стенного шкафа, который притулился за вешалками с одеждой.

Она нетерпеливо поерзала на стуле и тихонько позвала:

– Эй, вы скоро?

Никто не отозвался.