– Странно, с чего бы этому Аммару называть свое настоящее имя, – удивился Шиллер. – Должно быть, он его только тогда и придумал.

Броган покачал головой:

– Имя вполне реальное, такой человек действительно существует. У нас есть на него некоторые данные, у Интерпола тоже. Аммар, скорее всего, не сомневался, что Питту остаюсь жить недолго, поэтому он ничего не терял, называя свое имя.

Глаза президента сузились.

– По вашим данным, он подозревается в убийстве более пятидесяти государственных деятелей. Разве это возможно?

– Сулейман Азиз Аммар считается одним из лучших в своей профессии.

– То есть террорист?

– Убийца, – поправил президента Броган. – Аммар специализируется на политических убийствах. Исключительно хладнокровен, гений маскировки и тщательного планирования. Как поется в известной песне, никто не делает этого лучше. Больше половины его преступлений выполнены просто идеально. Он мусульманин, но его нанимали немцы, французы и даже израильтяне. Очень высокооплачиваемый наемник. Сколотил изрядное состояние.

– Его поймали?

– Нет, сэр, – был вынужден признать Броган. – Его не обнаружили ни среди живых, ни среди мертвых.

– Он сумел сбежать? – Президент был неприятно удивлен.

– Даже если Аммар до сих пор жив, – заверил президента Броган, – он не мог уйти далеко. Питт считает, что ранил его по меньшей мере трижды. Сейчас на острове идут поиски. Выбраться оттуда все равно нельзя. Его найдут в течение нескольких ближайших часов.

– Мы бы оказались в большом выигрыше, если бы смогли заставить его заговорить, – сказал Николс.

– Генерал Додж уже предупредил своего полевого командира полковника Мортона Холлиса о необходимости взять Аммара живым. Но полковник считает, что, будучи загнанным в угол, этот человек застрелится.

Николс пожал плечами:

– Возможно, Холлис прав.

– Из террористов еще кто-нибудь уцелел? – спросил Броган а президент.

– Восьмерых мы допросили. Но они оказались платными наемниками Аммара и не входили в число фанатиков Язида.

– Нам понадобятся их показания, – без особого энтузиазма проговорил президент, – чтобы доказать: Аммар работал на Язида и Топильцина.

Шиллер не считал неудачей операции то обстоятельство, что главарь не схвачен.

– Взгляните на светлую сторону, господин президент. Судно и заложники спасены, никто не пострадал. Президент Хасан отлично знает, что Язид хотел его смерти и что именно он стоит за похищением. Теперь он отомстит Язиду.

Президент задумчиво взглянул на Шиллера, потом поочередно всмотрелся в лица каждого из присутствующих.

– Вы все так думаете, господа?

– Юлиус хорошо знает Хасана, – сказал Мерсьер. – Он может быть весьма опасным, если его как следует разозлить.

Даг Оутс кивнул, соглашаясь:

– Конечно, всего не предусмотришь, но думаю, Юлиус в основном прав. Возможно, Хасан не зайдет слишком далеко и не пойдет на риск, чтобы не вызвать бунта или даже революцию, арестовав Язида и обвинив его в предательстве. Но он наверняка сделает все, чтобы уничтожить доверие к Язиду.

– Язиду придется нелегко, – подтвердил Броган. – Египетские мусульманские фундаменталисты придерживаются умеренных позиций и не одобряют тактику террора. Они отвернутся от Язида, а парламент страны поддержит законного президента. Кроме того, полагаю, что военные наконец выберутся из своей башни из слоновой кости и подтвердят лояльность Хасану.