Сэндекер на полдороге остановился, резко обернулся и в упор уставился на Питта:

– Вам не удастся обмануть меня, мистер Питт. Вам в высшей степени наплевать на советскую субмарину. Просто вам так хочется найти Александрийскую библиотеку, что вы не желаете думать ни о чем другом.

Питт спокойно ответил, мысленно похвалив себя за выдержку и терпение:

– Вы проницательны как всегда, адмирал. И у вас, конечно, есть собственные каналы связи, которым вы доверяете больше, чем нам. Я намеревался по возвращении в Вашингтон передать вам записи из журнала «Сераписа». Судя по всему, кто-то меня опередил.

– Капитан Найт. Он передал перевод, выполненный доктором Редферном, в министерство военно-морского флота, откуда он был передан в Комитет национальной безопасности и президенту. Я прочитал копию еще до того, как вы вылетели из Исландии. Вы открыли ящик Пандоры и даже не заметили этого. Если сокровище существует и будет найдено, это может вызвать политический переворот. Но я не намерен углубляться в это. Работа, которой вам предстоит заняться, поручена твоему отцу по причинам, которые он объяснит тебе лучше меня.

– А при чем здесь Лили?

– Она – главное ваше прикрытие. Всегда существует вероятность, что произойдет утечка информации или КГБ заподозрит, что мы все-таки обнаружили субмарину. Мартин Броган хочет, чтобы вы работали открыто над археологическим проектом. Вот почему я встречаюсь с вами в этом клубе, а твой отец проинструктирует вас у себя дома. Ваши перемещения не должны выглядеть подозрительно, если за вами будут следить.

– Для меня это слишком сложно.

– Тайны бюрократии нам неподвластны, – вздохнул Джордино. – Интересно, смогу я достать билет на матч «Денвер» – «Бронко»?

– Я рад, что мы поговорили с глазу на глаз, – сказал Сэндекер. – А теперь давайте отыщем наш столик. Я умираю с голоду.

Питт и Джордино доставили Лили к отелю Джефферсона. Она пожала руки обоим мужчинам и вошла в вестибюль. За ней следован швейцар с чемоданами. Питт и Джордино приказали водителю ехать к десятиэтажному зданию из стекла и бетона – штаб квартире Национального морского и подводного агентства.

Джордино направился прямо в свой офис, располагавшийся на четвертом этаже, а Питт поехал в лифте на десятый этаж в узел связи. Он достал из портфеля конверт и положил в карман, а портфель оставил у секретаря.

Он долго шел вдоль бесконечных рядов всевозможного электронного оборудования и компьютеров, пока не обнаружил человека, сидевшего скрестив ноги на выложенном плиткой полу, созерцая миниатюрный магнитофон, только что извлеченный из большого игрушечного кенгуру.

– Эта зверюга фальшивит, когда поет «Танцующую Матильду»? – поинтересовался Питт.

– Откуда ты знаешь?

– Просто предположил.

Хайрем Йегер взглянул на Питта снизу вверх и ухмыльнулся. У него было кукольное лицо и очень светлые, абсолютно прямые волосы, для удобства заплетенные на затылке в косичку. Его кудрявая борода спускалась на грудь аккуратными колечками, вызывая у посторонних неудержимое желание дернуть за нее, чтобы проверить ее подлинность. На мир он взирал сквозь старые бабушкины очки и был одет как разорившийся участник родео – в старые джинсы, потрепанную рубашку и ботинки, которыми побрезговал бы даже старьевщик.

Сэндекер переманил Йегера из компьютерной компании в Силиконовой долине и дат ему зеленую улицу, поручив обеспечение защиты всей информации НУМА. Союз человеческого гения и совершенной компьютерной техники оказался весьма плодотворным.