— Рад тебя видеть, чувак. Спасибо, что прилетел. — Он с поклоном повернулся к Венди. — Привет, Венди. И тебя рад видеть.

Хайдеггер перевел взгляд с Торка на Венди и Мэрибет — та пошла к барной стойке за пивом.

— Похоже, я что-то пропустил…

Торк устало плюхнулся на стул.

— Да уж, братан, Таиланд жжет.

Шейла вошла в номер и заперла за собой дверь, затем присела на кровать и уставилась в пол. Свободна. Плен закончился, можно забыть об унижении и извращениях пиратского капитана. Можно делать что угодно и когда угодно, и никто ей ничего не запретит. Вернуться к удовольствиям прежней жизни — мира высокой моды. Наслаждаться свежайшими суши, заниматься пилатесом; целый день нежиться в превосходном спа-салоне, а вечером пробовать самые изысканные вина из Калифорнии; улететь первым классом в Лос-Анджелес, вернуться домой, на огромную виллу в испанском стиле, проводить свои дни в кондиционированном великолепии, валяться на лучших итальянских простынях…

Можно вернуться домой и быть несчастной.

Шейла направилась в ванную, включила душ. Теперь нет нужды экономить — в пятизвездочных гостиницах горячей воды всегда вдоволь. Модель медленно разделась и аккуратно сложила одежду на банкетке у кровати. Потом залезла под горячий, почти обжигающий душ и стала с наслаждением намыливать все тело.

Она скучала по внимательному взгляду Капитана Сомпорна.

Такако Мицузаке сходила с ума от ярости. Она вернулась в комнату, открыла ноутбук, попыталась подключиться к Интернету. Пришлось перепробовать несколько разных адаптеров, чтобы активировать порт передачи данных. Еще полчаса ушло на поиск необходимых настроек для модема (неужели здесь нет цифровых линий связи?!). Наконец послышались старомодные писки модемного соединения. Такако злилась: придется всю ночь строчить электронные письма своим многочисленным корреспондентам, объясняя, почему пикантная сенсация откладывается. Необходимо срочно принять меры по минимизации урона. Нельзя же просто сообщить всему свету, что Торк, похоже, вот-вот разведется со своей женушкой-супермоделью! Не хотелось, чтобы газеты такое напечатали… И все же истории с похищением требовался хоть какой-то хеппи-энд — иначе о чем писать? Все хорошие истории с чего-то начинаются, развиваются, а потом чем-то заканчиваются. В данном случае предпочтительно закончить хеппи-эндом. Кому охота читать про то, как герой спасает девушку, а ей на него насрать? Что в этом воодушевляющего или романтичного?

А еще Такако была вне себя от того, что ее кишки горели от всех этих острых блюд, заказанных Хайдеггером, точно она проглотила горящую жаровню-хибати.

Журналистка сочиняла письма и напряженно думала. Ее не заботил возможный развод Торка и Шейлы, не волновало, что Шейлу тошнит от мужа. Ей просто требовалось, чтобы Торк и Шейла были вместе — хотя бы еще чуть-чуть! Успеть по крайней мере сделать несколько фотографий и организовать парочку интервью. Сколько на это нужно времени? Месяц? Шесть недель? Да, придется убеждать Хайдеггера, не говоря уж о Торке и Шейле. Но в себе Такако не сомневалась. Зачем терять отличную новость? Какой в этом смысл? Какая польза? Что плохого, если Торк и Шейла еще немножко поизображают из себя пару? В Голливуде все только этим и занимаются: семьи по расчету, браки в рекламных целях, свадьбы, помогающие скрыть тот факт, что и муж, и жена на самом деле предпочитают партнеров своего пола. Нужно всего лишь убедить их не расходиться до записи нового диска Торка. А потом Такако сумеет сочинить и правильно подать новость о разводе, и во всем будут виноваты «посттравматический стресс и последствия похищения». О да! Весь мир зальется слезами, сердца читателей забьются быстрее, а прибыль от продажи бумажных салфеток возрастет. Диск Торка попадет на верхние строчки хит-парадов, а Хайдеггер устроит издание официальной, правильно записанной литературными неграми автобиографии Торка Генри для «тех, кому за…».