— Может, на таком поедем?

Мэрибет сморщила нос.

— Выхлопными газами хочешь надышаться?

— Лучше, чем просто стоять.

— Такой грязный воздух плохо влияет на кожу. — Мэрибет вдруг заметила такси, стоявшее через дорогу. — Вон машина! Вот там.

Шесть полос смерти на колесах отделяло их от такси, припаркованного чуть ли не на тротуаре.

— Зашибись… И как туда попасть?

Мэрибет схватила его за руку.

— Идем!

Девушка шагнула на проезжую часть, но Торк дернул ее назад.

— С ума сошла? Нас собьют!

Мэрибет ткнула пальцем в местных жителей, перебегающих дорогу.

— Смотри, как они делают. Не бойся, я с тобой!

«Не бойся, я с тобой» — знаменитый хит «Метал-ассасин». Торк попытался вспомнить слова, но в памяти остался лишь припев. Ну там, когда Стив дает соло на самых высоких нотах, и над стадионом вдруг пролетает огромный голубь с оливковой ветвью в клюве. Это, конечно, не совсем рок-прием в отличие от прочих спецэффектов и пиротехники, но голубя придумал тот самый парень, что делал платформы для «Парадов роз», и вышло очень круто. А уж девкам как нравилось! Перед мысленным взором мелькнуло воспоминание: Торк лезет внутрь голубя с чокнутой фанаткой, и там…

— Пошли!

Мэрибет взяла его за руку и повела по волнам металлической реки. Как по волшебству, точно воды Красного моря расступились перед Моисеем, машины прилаживались к пешеходам, объезжали их, рвались с места и резко тормозили так, чтобы оставить для человека проход. Невероятно! Торк улыбнулся Мэрибет.

— Вот это рок!

Торк любовался городом с заднего сиденья такси, глядя на магазины вдоль дороги. Лавки ювелиров, торговцев шелком, портных, обменники, офисные здания — суета и толкучка большого города, знакомые картины из жизни любого мегаполиса, и все же Бангкок отличался от всех городов, виденных Торком. Музыкант пытался понять, в чем же главное отличие. Конечно, архитектура чокнутая — но не в том смысле чокнутая, как в музее Гугенхайма в Нью-Йорке, или в испанском Бильбао, или в калифорнийском «Диснейленде»; нет, тайская архитектура безумна по-своему. Храмы, дворцы, традиционные постройки были ни на что не похожи. Цвета изумляли: потрясающе яркий красный; насыщенный синий, оранжевый, зеленый; ослепительно чистый белый. Формы не поддавались контролю: изукрашенные острые крыши, искусные и в то же время нелепые узоры, резные орнаменты, странные вытянутые к небу украшения, точно безумные пришельцы наградили эти дома эполетами. Торк усмехнулся. Некоторые здания казались декорациями к фильму об инопланетном вторжении, и легко верилось в инопланетян-архитекторов.

Мэрибет нарушила молчание:

— Ну и вид у тебя!.. Надо расслабиться. Хочешь, пойдем куда-нибудь вечером?

— Поужинать?

— Ну да, поужинать, а потом в клуб.

— Даже не знаю…

— Да что ты, ведь мы в Бангкоке! Чувак, здесь самая известная в мире ночная жизнь! Мы обязаны пойти!

Торка охватил озноб. Бангкок казался ему легендой; крупнейший в мире, живой и дышащий очаг провокации! Именно то место, каких врачи рекомендовали избегать.

— Нет, не получится, Мэрибет…

Она знала, почему Торк колеблется.

— Торк, чувак, ты должен встретить свои страхи лицом к лицу! К тому же я все время буду рядом, буду держать тебя за руку.

— Я собирался на массаж.

— Так иди! А потом — гулять! Чувак, нужно отдохнуть. Спасатель уже работает, это его дело.