Владимир проснулся от того, что по нервам, словно электрический ток, хлестанул защитный узор отработавший вложенную энергию.

Соколов предполагал, что ночью их попробуют взять, и для этого предпринял ряд шагов, в том числе и защитный конструкт, напитанный приличным количеством силы.

Накинув на себя узор эфирного зрения, он беззвучно вышел из машины, и для верности отошёл в сторону, оглядывая лагерь, словно накрытый грязно-жёлтым туманом.

Организатор торжества, вынырнул со стороны неплохо сохранившегося амбара, и поднялся в штабную машину. Не найдя там того, что искал, вышел и в некотором замешательстве оглянулся, чтобы тут же получить удар в лицо, отправивший его в глубокую задумчивость.

Владимир придержал тело, чтобы не упало, и перевернув лицом вниз, стал вязать руки хитрым узлом.

— Тащ есаул…

— А, Виктор Георгиевич, — Володя кивнул подскочившему взводному. — Всё нормально?

— Да вроде. Я разведку поднял, да своих парней пяток. А больше у меня «Рассвета» не было.

— А больше и не нужно. — Владимир перевернул тело, и начал обыскивать, пройдясь чуткими пальцами даже по швам, и складкам ткани. — Сейчас найдём чем он нас глушил, и можно будет просто разбудить тех, кто в дозорах и секретах.

— Всем стоять, имперская стража! — раздался молодой женский голос, и к машине вышла одна из девиц ехавшая вместе с учёным.

— А вам, милая дама не говорили, что тыкать стволом в людей, нехорошо? — Владимир, не отвлекаясь от обыска бросил взгляд на девицу. — Спрячьте оружие, достаньте документы, и постарайтесь быть очень убедительной, рассказывая, что вы делаете в Ничейных землях, при том, что особым приказом императора, вам запрещено проведение любых действий за границами империи. Таковое разрешение есть только у Внешней стражи. — Владимир наконец-то нащупал амулет, забивавший своим свечением весь эфирный диапазон, и расстегнув куртку, вытащил его наружу. — Ох, ты ёпт. — Он крутил в руках, диск размером с десертную тарелку, даже не пытаясь понять структуру узора, зашитого в металл. — Хренассе какая штуковина. — И снова поднял взгляд на девицу. — Я так и не понял где ваши документы, и почему оружие до сих пор не в кобуре.

— Я объясню. — Полыхая взглядом, дама взвела курок, и как ей казалось быстро, подняла пистолет, при этом совершено проигнорировав стоявшего рядом подхорунжего, который тут же засадил ей с правой в челюсть, и пока женщина словно осенний листок опадала вниз, добавил с левой.

— Не убил? — Поинтересовался Владимир, хотя ему было совершенно наплевать выжила ли та, что собиралась потыкать в него стволом. — Обыскать. Всё что найдёте, в пакет, я опечатаю. Дуру эту тоже обколоть «тихариком», и сложить вместе с остальными. А девок что с ней ехали, под замок, в другую машину.

— А исследования? — Поинтересовался подошедший командир разведки.

— Ну если сам хочешь поискать чего, — ответил Володя, — У тебя времени до восьми утра. В восемь, ноль одна, мы трогаемся в обратный путь.

Как и предполагал Владимир, никому не пришло в голову ночью таскаться по «ничейке» и утром, полурота, двинулась в обратный путь, нагрузив трофейные грузовики хабаром, собранным с тел погибших и сами тела, уложенные словно дрова в штабель.