Прозрачная пирамидка со скошенным верхом открылась стоило Наталье взять её в руки, и маленькая бабочка словно сотканная из света и серебра, затрепетала крыльями, взлетела на десяток сантиметров вверх, и полетав, вернулась на сверкающий острыми гранями александрит, служивший накопителем.

«Это мне» — Девушка с расширенными глазами посмотрела на Владимира с немым вопросом, и тот так же молча кивнул, и ей словно почудился его голос: «Да моя королева».

Не задерживаясь, Владимир отошёл в сторону, и уже хотел прогуляться по дворцу, полагая, что не скоро окажется здесь, когда его перехватил сам генерал-адмирал Горелов.

— Владимир Алексеевич. — Вид высокого широкоплечего мужчины в чёрном флотском мундире завешанного орденами словно бронёй, мгновенно изменил планы юноши.

— Товарищ генерал-адмирал. — Не представленный военачальнику лично, Володя мог обращаться к нему только официально и по званию, но Горелов лишь улыбнулся.

— Для вас, Владимир Алексеевич, просто Дмитрий Степанович. Вот придёте ко мне на службу во флот или ещё куда под погоны, тогда уж извините по всей форме. А пока…

— Слушаюсь, Дмитрий Степанович. — Владимир коротко кивнул.

— Хочу сказать спасибо от отставников, наших да пенсионеров. — Главнокомандующий всеми флотами России, протянул руку для пожатия. — Ваш взнос в пенсионный фонд, позволил увеличить выплаты почти в полтора раза, а это очень существенно. Многие из отставных военнослужащих серьёзно больны и денег, отпускаемых казной, не хватает на лечение. А с вашими деньгами, мы сразу выправили положение.

— Володя, привет. — Откуда-то вывернулся Зубатов, пожал руку адмирал-генералу, и хлопнул Владимира по плечу. — Благодаришь его за свой пенсионный фонд? — Генерал — полковник усмехнулся. — Тебе сто миллионов, да в фонд армии ещё сто миллионов. Вова парень не жадный, и очень даже неглупый. Кстати, Дмитрий Степанович, приезжай к нам на открытие научного центра. Я тебе одну штуку покажу… Уверен, что флот без разговоров купит её у нас в любом количестве.

Оставив генералов, Владимир отошёл к столам и подхватив бокал с соком, зашёл в оранжерею, где стоял одуряющий запах тропических растений, и перекатывался волнами влажный воздух. Оттуда в зимний сад, сделанный по образцу китайских садов, знаменитым мастером Ли Гуанем и дошёл до небольшого музея реликвий рода Рюриков, где несколько служителей переставляло экспонаты, освобождая место для кинжала Ивана Мудрого.

Здесь –то его и настигла группа из четырёх человек. Мужчина лет пятидесяти с лишком, в парадном тёмно-синем кафтане купеческого разряда и орденом «Золотой тысячи» на груди, женщина в красивом сине-зелёном платье, и богатом колье из александритов цвета морской волны, и высокой причёской и молодого мужчины в простом тёмно-сером гражданском костюме, который держал под руку молодую женщину лет двадцати в светло-синем платье, украшенном крупной топазовой брошью.

Владимир обвёл взглядом людей, преградивших ему путь, и повернулся к мужчине с вопросом в глазах.

— Купец первой гильдии Соколов Алексей Петрович, моя супруга Соколова Виктория Александровна, и моя дочь Колесникова Варвара Алексеевна, урождённая Соколова с мужем Колесниковым Гаврилой Егоровичем.