— Соколов, Владимир Алексеевич. — Владимир коротко поклонился. — Чему обязан?

— Ну, так это… — Мужчина замялся. — Ты же сын мне…

— Уважаемый Алексей Петрович. Это конечно же ошибка, потому как мой отец, генерал — майор Алексей Геннадьевич Соколов, скончался от ран в Госпитале Министерства Обороны, полтора года назад. Но я, в силу ряда причин, осведомлён о своём двойнике, и его судьбе. Согласно документам, представленным мне в императорском Доме Призрения номер четырнадцать, Нижегородской губернии, своеручно написанным заявлением вы, отказались от всех прав на сына, и передали его на попечение государства. Участие в эксперименте профессора Белогорова стало смертельным для юноши, и он с честью похоронен на Мирском кладбище Москвы. — Владимир покачал головой. — А моя семья те, кто заботился обо мне — империя. Да, вы часть этой страны, но ровно такая же, как и мои работники в доме. Возможно вы ожидали, что я воспользуюсь своим сходством с покойным, разрыдаюсь от счастья и припаду к вам на грудь? Нет, гражданин Соколов. Этого не будет.

— Ты не понимаешь от чего отказываешься. — Хмуро заметил Алексей Петрович, заметивший на щеке сына небольшой шрам, виновником появления которого был он сам. — Мы богаты…

— У меня свои источники дохода. — Владимир улыбнулся. — Мне хватает.

— Ты лжёшь, и пожалеешь о своей лжи! — С угрозой в голосе прошипел молодой человек, видимо муж Варвары Алексеевны. — Мы тебя в бараний рог свернём!

— Да ладно! — Володя негромко рассмеялся. — И чем ты меня напугаешь? Своим молодецким шипением? Или демоническим сверканием глаз? — Ты лучше представь себе если я, заплачу миллион рублей той ватаге, которая насадит тебя на оглоблю. А не хватит миллиона, дам десять. И это только для того, чтобы испытать моральное удовлетворение от наказания такого хамла.

— У тебя нет таких денег!

— Ответ эмоциональный, но неверный. — Констатировал Владимир, и качнув головой. — Честь имею. — обогнул стоявших на пути людей, возвращаясь в зал торжеств.

— А откуда у него такие деньги? — Задумался отец семейства.

— Вероятно оттуда же откуда орден. — Предположила Варвара. — И если я правильно помню геральдику, орден этот ну очень непростой. Тем более с мечами и листьями. Так что возвращения блудного сына не будет, папинька. Я конечно не верю в историю с генералом, но Вовочка похоже уже устроился в жизни и ему без нас хорошо. — Варвара, которая была категорически против отдачи брата в дом призрения, насмешливо обвела взглядом родителей. — А ты, Гаврюша, не слишком топорщи перья. В его шестнадцать лет, просто так, боевым орденом не награждают. И к кому попало, государь-император не сходит с трона, чтобы принять дар. А что он вас не помнит, так это даже лучше. Не будет мстить за то, что вы его запирали в чулан, и кормили объедками.

Владимир вернулся в зал и не сразу понял, что что-то не так. Вроде всё продолжалось торжество, вверху на балконе негромко наигрывал небольшой оркестр, приглашённые стояли вдоль стен, а дарители теснились в очереди к трону чтобы отдать подарки императору.