— Клайв, — спросила она немного нетвердым голосом, — а почему Шэрон с таким уверенным видом приходит к тебе домой в твое отсутствие?

Стэнворд тяжело вздохнул и наморщил лоб.

— Тебе нужны объяснения? — проговорил он. — Стефи, пойми, даже если бы я любил ее, а я ее не люблю, то мне все равно нужна была бы настоящая, живая женщина, а не мумия, которая играет роль вдовы. Мне тяжело ее присутствие. Только долг перед другом заставляет меня ее терпеть. Иначе бы у нас с ней были чисто деловые отношения.

Ясно, почему ты так уговаривал меня выйти за тебя замуж, пронеслось у девушки в голове. Это единственное, что может отпугнуть миссис Сандерс, ведь она претендует на то же место.

Она подняла глаза на Клайва. Он уже стоял у окна, небрежно опершись о подоконник, и смотрел на нее, скрестив руки на груди. Контуры его широких плеч, мускулистого торса и узких бедер были скульптурно совершенны, но вместе с тем в его лице и фигуре чувствовалась такая жизненная сила и властная притягательность, что Стефи подумала: даже если она его не любит, не может же она не хотеть его. Для этого нужно быть мертвой или слепой.

— Перестань волноваться по этому поводу, — попросил Стэнворд, как будто опять прочитал ее мысли. — Лучше скажи мне, тебе нравится эта комната? Я совсем забыл, что она такая старомодная. Возможно, ты хочешь осмотреть другие.

Стефани еще раз оглядела спальню. Она была большая и светлая. Огромное французское окно, выходящее на деревянную веранду, прикрывали тяжелые шторы золотисто-розового цвета. У стены стояла старинная кровать с бронзовыми спинками, а на стенах висели картины в золоченых рамах Комната была чересчур шикарна для нее, но в данный момент девушку это мало волновало. Она не хотела создавать дополнительные неудобства в связи со своим пребыванием в этом доме.

— Мне она нравится, — сказала она. И заставила себя добавить с чуть большим энтузиазмом: — Спасибо.

Он нахмурился, сжал губы, потом попросил:

— Сделай мне одолжение.

— Какое?

— Не надо меня благодарить.

— Хорошо, — ответила она равнодушно.

— Ты хочешь, чтобы Бесси помогла тебе разобрать вещи?

— Нет, спасибо. — отозвалась она. — Я думаю, ей есть чем заняться. — Она заметила, что он опять нахмурился, и добавила: — Я же сказала, что я не больна.

Клайв ничего не ответил, пожал плечами и вышел из комнаты.

Оставшись одна, Стефани устало села на кровать и задумалась. Итак, он привез ее в свой фамильный дом, принадлежавший нескольким поколениям его предков. Это о чем-то говорит. Но о чем?

Стук в дверь прервал ее размышления. Она нехотя встала и открыла дверь. Клайв стоял на пороге с ее чемоданом и сумкой.

— Ты в порядке? — Он испытующе посмотрел на нее.

— Давай договоримся, — ответила девушка устало, — я перестаю тебя благодарить, а ты перестаешь все время спрашивать, в порядке ли я.

Клайв неожиданно широко и как-то по-мальчишески улыбнулся, отчего у нее дрогнуло сердце, а потом проговорил, растягивая слова:

— Если не ошибаюсь, ты предлагаешь мне сделку?

Стефани поморщилась от этих слов, но решила, что так будет лучше. Она протянула ему руку и сказала:

— Да, давай заключим сделку.

Его рукопожатие было крепким и уверенным, и продолжалось оно чуть дольше, чем положено в таких случаях.

— Я постараюсь скоро освободиться, — проговорил Клайв, подойдя к двери. — А тебе советую лечь отдохнуть. Бесси принесет тебе чай в комнату. До встречи.

— До встречи, — ответила Стефи, с облегчением закрывая за ним дверь.