Шейд повернул было к гигантской металлической статуе, но вдруг сквозь ветки деревьев заметил неясные очертания крыльев. Он прощупал пятно локатором, и в его сознании возникло изображение летящей совы. Большего ему не требовалось. Шейд изредка видел южных сов: вокруг глаз у них были круги из белых перьев, а кричали они еще страшнее, чем их северные собратья.

Он полетел быстрее, надеясь, что его не заметят.

— Подождите!

В этом крике слышалось такое отчаяние, что не обернуться было невозможно. Шейд оглянулся и увидел сову, летящую над верхушками деревьев: молодую сову с узором из белых стрелок на груди. К ее животу был прикреплен металлический диск.

— Шейд, лети скорее! — услышал он голос Калибана.

— Я знаю его, — крикнул в ответ Шейд.

— Не будь дураком!

Совенок не делал попыток гнаться за ним, только кружил, с несчастным видом глядя на Шейда. А тот не мог оторвать взгляда от диска. Он был такого же размера, как у Гота, и Шейд знал, что произойдет, если бомба взорвется.

— Помоги мне, — попросил совенок.

— Шейд, — предостерегающе сказал Калибан, и глаза его гневно блеснули.

Шейд колебался. Он не хотел ослушаться Калибана, он доверял мастифу и уважал его. К тому же две ночи назад он обещал себе, что с этого времени будет следовать правилам, перестанет беспокоиться. Но он не мог оставить сову в беде.

— Я догоню.

И не дожидаясь ответа Шейд резко развернулся и полетел к совенку.

— Послушай, — крикнул он. — Эта штука, металлический диск, это…

— Я знаю. Он не сработал.

— Что?

— Он не взорвался. Я приземлился, куда мне приказывали, но ничего не случилось. Не так, как с другими. Я видел, что с ними произошло.

Шейд, не веря своим глазам, смотрел на диск. Внезапно рядом с ним очутился Чинук.

— Возвращайся к Калибану! — с раздражением сказал Шейд.

— Я остаюсь с тобой.

— Уходи!

— Нет!

Шейд удивился решимости, прозвучавшей в его голосе.

— Но почему?

— Чувство безопасности, — пробормотал Чинук, потом продолжил почти сердито: — С тобой я чувствую себя в безопасности. Только когда я с тобой, понимаешь?

Раздражение Шейда испарилось. Казалось почти невозможным, что Шейд, вечный недомерок, дает Чинуку чувство безопасности. Он благодарно улыбнулся:

— Взаимно, Чинук, поверь мне. Сзади послышался голос Калибана:

— Я надеюсь, вы оба знаете, что делаете, сереб-рокрылы. Но, как бы то ни было, поторопитесь. Скоро рассвет. — И Калибан улетел.

Шейд повернулся к совенку.

— Почему ты один? — спросил он.

— Здешние совы гонятся за мной. Они чуть не убили меня, когда увидели диск, боялись, что он взорвется.

Шейд не винил их. Он-то знал, сколько разрушений может произвести такой взрыв.

— С летучими мышами они сделали то же самое, — сказал Шейд. — Смотри. — Он сильно наклонился, чтобы сова могла разглядеть едва зажившую рану у него на животе. — Вот почему нас собрали в том здании. Люди хотели нас всех использовать.

— Я хочу домой, — жалобно сказал совенок. — Но я не знаю, куда лететь.

— Нескольким летучим мышам удалось выжить, — сказал Шейд. — Мы отправляемся завтра ночью. Летим с нами.

Он перехватил испуганный взгляд Чинука и понял, что делает выбор.