Оба немного помолчали, обдумывая сказанное, затем Ненор неуверенно спросила:

– А «умываю руки» в твоем понимании – это что? Возвращение в Эскарон?

Арчер понял, что она имеет в виду, и, неожиданно для самого себя, предложил:

– Поехали со мной!

– Ух, неожиданно! – восхищенно выдохнула разведчица. – Я подумаю!

– Думай! И прошу тебя, не нужно самодеятельности! Держись ближе ко мне.

– Слушаюсь, мой генерал! – Ненор браво щелкнула каблучками и, звонко засмеявшись, выскользнула на улицу.

Глава 6

Мне посчастливилось увидеть сеньориту Элену еще раз внизу, в большом зале «Еловой шишки», где она отдавала распоряжения поварам по поводу завтрака для своих людей. Девушка не повернула голову в мою сторону, но я готов был поручиться, что отчаянно косила глазами все время, пока я шел от лестницы к выходу. Я же снова поймал себя на мысли, что просто любуюсь этой незнакомкой. Эх, и почему она не встретилась мне в эскаронской столице, где я чувствовал себя гораздо увереннее?

Впрочем, не время мечтать о несбыточном. Вот разберусь с этой мутной историей, в которую влип по вине бедняги Мигелито, вернусь в Монтеру, к прежней жизни. А там, если не транжирить деньги налево-направо, через пару лет можно накопить на небольшой дом в городской черте. Не замок, не поместье, но уже кое-что. С таким уже и о семье подумать можно. Кузены же де Вилья пусть подавятся своим наследством. Правы они или не правы – бог им судья, больше я не буду тратить время на эти глупости.

И мечтать о богатых и красивых сеньоритах тоже не буду. Я не из охотников за богатыми наследницами и привык во всем рассчитывать только на себя и свою шпагу. Хотя… Кому я вру? Об этой мечтать буду – очень уж хороша, по крайней мере, на первый взгляд. А в таких случаях второй взгляд, может, и не нужен, чтобы не портить впечатление от первого.

Купленная мной в «Еловой шишке» лошадка оказалась вполне приличной, так что к обеду, преодолев почти два десятка километров, я уже прибыл на постоялый двор «Окорок», где рассчитывал обменять ее с доплатой на свежего скакуна. Отсюда до городка Энсенадо было всего три километра, но заезжать в сам город не было необходимости, поскольку чуть раньше дорога поворачивала на восток, в сторону Уэски – крупнейшего города северо-востока Нугулема.

Однако намеки на то, что мои дальнейшие планы начнут рушиться, появились еще на пути к «Окороку». Дорога оказалась заполнена беженцами с севера и отступающими (а вернее, бегущими) остатками иррегулярной армии баронов северных территорий. Оказалось, что два дня назад состоялось довольно-таки крупное приграничное сражение между баронами и эльфами. И последние нанесли нугулемцам неожиданное поражение.

Постоялый двор был забит битком, ни свободных комнат, ни сменных лошадей там не оказалось. Не помогали даже обещания увеличить плату вдвое. Люди опасались эльфийского вторжения и торопились убраться подальше от границы.

Выловив из толпы слуг, снующих во всех направлениях, одного из местных конюхов, я поручил его заботам лошадь, приправив поручение медной монетой и обещанием из-под земли достать да три шкуры спустить, если он плохо справится. Раз уж невозможно найти другое средство передвижения, значит, нужно позаботиться о том, что есть. Что ж, придется отобедать в «Окороке», часок поспать в конюшне на свежем сене, чтобы дать лошади отдохнуть, и продолжить путь.

Однако пообедать тоже оказалось не так просто, поскольку трактирный зал был переполнен. Если бы не двое дворян, пригласивших меня за стол, вкушать свой обед мне пришлось бы на улице или все в той же конюшне.

Старший из моих сотрапезников представился графом де Сен-Маром, а безусый юноша – племянником графа виконтом де Людонем.