— Значит, остаются природа и вода, — задумался Глаз. — Уже знаешь, к кому из клана Природы обращаться?

— Нет, — я вновь был искренен. — Полагаю, такая информация есть у главы рода Хелсроуд, что управляет кланом Природы. Вот только связей с этим человеком у меня нет.

— Хелсроуды, — задумался Глаз. — Да, они таким могут знанием обладать. Вот только не они одни. Позволь, наконец-то, нормально представиться, Соло. Меня зовут Ромарио Гринфолд. Прошу любить и жаловать.

— Один из высших родов клана Природы? — удивился я. Историю современной империи я выучил хорошо.

— Он самый, — кивнул Ромарио. — В своё время я решил, что для меня боевая романтика важней балов и расшаркиваний перед другими, вот и сбежал сюда, в Формитон. Отец злился, но ничего поделать не смог — каждый маг имеет право на защиту империи от разломных тварей. Меня исключили из рода, лишили наследства, но связи-то никуда не делись. Я понимаю, что наши отношения с самого начала не заладились. Ты маг хаоса, а хаоситов в Формитоне ненавидят. Как ненавижу их и я. Искренне и всей душой. Но ты доказал, что даже среди вашего серого братства есть достойные воины. Я поспрашиваю у братьев насчёт усиления школы природы. Если такое существует и род Гринфолд о нём знает — ты получишь эту информацию. Долги нужно платить, Соло. А я тебе задолжал сильно. У тебя ещё есть планы на эти разломы, или мы можем возвращаться? Ты вырвал меня сюда с очень важного дела, хочу к нему вернуться.

Назад мы бежали ещё быстрей, чем к разломам, однако всё равно не успели. Или успели, тут как смотреть. В Формитоне меня уже ждали. Причём не кто иной, как Ксавьер Флеймворд, первый советник и по совместительству брат нынешнего императора.

— Нужно поговорить, Соло, — произнёс маг огня. Причём произнёс таким тоном, что возражать я права не имел. Даже несмотря на то, что формально являюсь представителем другой страны.

Командир гарнизона выделил нам свой кабинет. Ксавьер Флеймворд не стал доверять его надёжности и использовал артефакт, что защитил нас от возможной прослушки.

Маг огня уселся напротив меня, вытащил бумагу и положил её на стол лицевой стороной вниз. Но даже так было видно, что это была не просто бумага — а особый артефакт, где записывались указы императора.

— Задал ты нам всем задачку, Соло, — произнёс советник императора.

— Судя по тому, что здесь лежит указ императора, вы её решили? — ответил я.

— Решили, куда же деваться, — кивнул Ксавьер Флеймворд. — Когда меня проинформировали, что ты ушёл в разлом вместе с двумя десятками, я понял, что ты вернёшься дня через три. Вот, практически угадал — я здесь всего шесть часов. Нашёл что-нибудь интересное?

— Кое-что нашёл, но настолько путанное, что хотелось бы услышать какую-нибудь увлекательную сказку, — ответил я.

— Возможно, но точно не сегодня, — кивнул Ксавьер Флеймворд. — Сегодня мне не до сказок. Сегодня у меня вопрос про три тысячи пятьсот девяносто семь каменных цветков десятого ранга.

— Даже точное количество знаете, — улыбнулся я. — Быстро же до вас информация дошла.

— Есть вещи, которые стоит доносить до принимающих решения людей мгновенно и те, что за это отвечают, прекрасно знакомы с протоколом, — заявил Ксавьер Флеймворд. — Как известно мне о закрытой десятке, утраченном кристалле силы и сорока двух магах десятого ранга, что неожиданно появились в империи.

— И прошло-то всего трое суток, — ухмыльнулся я быстроте реакции в империи.

— Мы действовали слишком медленно, — заверил меня маг огня. — Реакция должна была последовать мгновенно.