Оглядевшись, понял, что сон Железкина как-то связан с этим… ну-да, островом. Слева от деревни скалы, справа лес, через пару километров переходящий в плоскогорье. А позади деревни видимо горный пик, талые воды которого и обеспечивали эту деревушку пресной водой. Вот вроде сон, но такие детали почему-то сами собой стали вылезать из моего подсознания. Так-то мы сейчас с Железкиным всё ещё в аномалии рода Лей, и сам магистр [4] готовится к прорыву на ранг старшего магистра [5].

На пирсе, у одной из лодок, суетился мальчишка лет двенадцати. Весь чумазый, в древних на вид хлопковых штанах и рубахе, подпоясанной почему-то широким солдатским ремнём.

— Никого не осталось, — бурчал он недовольно. — Ни папки, ни мамки, ни мелких.

Шмыгнув носом, он тут же протёр его рукавом и сам забрался в лодку. Она покачнулась под его весом, но юный рыбак удержал равновесие. Ловко схватился за причал и начал скидывать в лодку сумки и коробки, уже приготовленные к погрузке.

— Ну ничего, — приговаривал он сам себе. — Построю себе новый дом. Бабу себе заведу, как папка учил! И скотина во дворе будет. И собака злая, чтоб соседей и лихой люд гоняла. Во! Михой её назову. А почему Михой? Ой… да не важно. И кошка нужна такая, чтобы мышам спуску не давала. Не! Две кошки. Точно две кошки. Пахать буду, как отец пахал. А если земля кормить перестанет, так же как он в море уйду. Буду семью снабжать тем, чем батька Посейдон одарит.

Заметив моё появление, парнишка на секунду остановился.

— Ты чё медлишь? — он кивком указал на деревню. — Остров же под воду уходит! Быстро грузи в лодку всё, что есть.

Оглянувшись, я наконец уловил изменения в окружении. С каждым новым накатом волн линия прибоя постепенно заходила всё дальше и дальше, погружая остров под воду.

— Куда плыть-то? — спросил я как бы невзначай.

Пацан указал рукой куда-то вдаль.

— Если плыть прямо-прямо, на закат, там будет ещё один остров. Жилой! Намного больше нашего. Ярыга называется. От него до Владивостока всего 200 км по прямой, — парень снова шмыгнул носом. — Надеюсь, хотя бы Ярыга не затонет.

Приглядевшись в указанном направлении, я так ничего и не увидел.

— Ты уверен? — решил я поделиться подозрениями. — Ни столбов дыма, ни птиц, ни гор на горизонте не видать.

Пацанёнок усмехнулся.

— Угу. Только покинув один берег, ты сможешь увидеть другой, — его лицо на миг стало похожим на взрослого Железкина. — Грузись давай, коли помереть не хочешь.

Заняв свою практически пустую лодку, я продолжил наблюдать за юным рыбаком. В отличие от известного мне Железкина, этот мелкий прямо-таки фонтанировал эмоциями. Уронил коробку на ногу и тут же обматерил её! Потом ещё и пнул, вымещая на ней всю злость.

— Да, что ты за хрень такая тяжелая⁈ — пацан чуть не заплакал, отбив себе ногу.

— Там сбоку надпись, — на моём лице появилась ухмылка.

— «Как ухаживать за девочками». Что за хрень? — пацан с ужасом глянул на коробку. — Зачем я это вообще к себе в лодку положил.

Вытащив её обратно на пирс, пацан тут же схватился за коробку с инструментами.

— Та-ак! Это отцово, — приговаривал он. — Инструменты мне везде пригодятся. Дом поставить, сарай починить.

В лодку легла удочка.

— … Так. А без этого мы себя не прокормим.

На дно уже знатно загруженной лодки легло ружьё и непонятно откуда взявшийся автомат Калашникова… Старая армейская форма аномальных войск, несколько боевых клинков, знакомый мне топор, боксёрские перчатки и куча всего-всего.