– Если ты будешь так смотреть, я долго не продержусь, – прошептал он, укладывая ее на спину и осторожно раздвигая ноги.

– Тут есть на что посмотреть, – забыв все условности, улыбнулась Оливия, и Гаррик удовлетворенно кивнул.

Встав на колени между ее раздвинутыми ногами, он легонько провел горячей плотью по внутренней стороне бедер, потом коснулся лона и уперся в самое чувствительное местечко, заставив Оливию стонать и извиваться.

– Скажи еще раз, что хочешь меня, – прохрипел он.

– Да… Да! Я хочу тебя, Гаррик! Хочу!

Его глаза затуманились, и он прошептал:

– Все, я больше не могу…

В следующую же секунду он резко вошел в нее, и Оливия застонала от сладкой муки. Она была глубоко потрясена тем, что близость с мужчиной может доставлять неземное блаженство. Они двигались ритмично, вместе, усиливая взаимное наслаждение, хотя прежде ее никто этому не учил. Повинуясь древнему инстинкту, она обхватила ногами его торс, и он еще глубже погрузился в нее. Достигнув пика наслаждения, она дико вскрикнула и чуть не потеряла сознание. В следующую секунду она услышала хриплый крик Гаррика, и животворящее семя оросило ее. Содрогнувшись всем телом, он обессиленно замер.

Чувствуя приятную тяжесть, Оливия не двигалась, а только ласково гладила его широкие плечи и спину. Так вот что такое настоящая страсть! Она закрыла глаза и мечтательно улыбнулась. Она была счастлива…

Откатившись наконец в сторону, он блаженно вздохнул и неожиданно произнес:

– Я готов всю ночь заниматься с тобой любовью.

Удивленная его словами, Оливия встрепенулась и увидела в его глазах нечто большее, чем просто вожделение. Это испугало и обрадовало ее одновременно. Неужели это… любовь? Настоящая любовь?..

– Надеюсь, у тебя нет возражений? – обезоруживающе улыбнулся он, отлично зная ответ.

Оливия хотела было уже ответить радостным согласием, как вдруг перед ее мысленным взором мелькнуло беспомощное лицо Анны, потом рассерженное – Арлена, потом удивленное и обиженное – Сьюзен, потом укоризненные лица четы Лейтонов… Боже!

Словно прочитав ее мысли, Гаррик ласково поцеловал ее в щеку.

– Ни о чем сейчас не думай, – нежно проговорил он.

Но судя по всему, и он в этот момент задумался о будущем.

Разбудил ее Гаррик. Сначала она почувствовала, как его пальцы осторожно откинули с ее лица прядь волос. Еще не проснувшись окончательно и не открыв глаза, она улыбнулась, ощутив рядом его присутствие. Душа ее пела от счастья…

Склонившись к уху любимой, он прошептал:

– Оливия, я должен идти. Прислуга, должно быть, уже на ногах.

Она стряхнула с себя остатки блаженного сна и открыла глаза.

Гаррик уже был одет. Вскочив с постели, она поспешно схватила свою ночную рубашку и спросила:

– Который сейчас час?

– Светает. Наверное, половина шестого, – ответил он, любуясь Оливией.

Надев рубашку и завернувшись в шаль, она хрипло выдавила:

– Теперь наверняка все узнают…

Обычно прислуга поднималась рано, в пять утра, чтобы приступить к бесконечной работе по дому.

– По всей видимости, так, – отозвался Гаррик.

Не такого ответа она ждала от него! Ей захотелось упрекнуть его в легкомыслии, но она тотчас вспомнила, что и сама была не прочь… На нее накатила волна горячей благодарности Гаррику за то, что он открыл ей настоящую радость физической любви, открыл в ней страстную женщину. Кроме того, она, кажется, впервые в жизни по-настоящему влюбилась!.. Последняя мысль ее не на шутку испугала.