– Поторопись, и, возможно, тебе удастся вернуться в свою спальню незамеченным, – поспешно выдохнула она. – А после завтрака мы с Анной и мисс Чайлдс, как и собирались, отправимся дальше.

– Хорошо, – коротко ответил Гаррик. – Когда мы увидимся снова?

Тот же вопрос вертелся и у нее на языке, но она ответила уклончиво:

– Не знаю… Наверное, мы оба сошли с ума… Надо ли возобновлять это безумие?

– Надо, – прервал он ее неуверенный монолог. – И ты сама это прекрасно понимаешь.

Красная от смущения, Оливия покачала головой и поспешно отвернулась. Подойдя к двери, она отперла ее, но открыть не успела. Тяжелая рука Гаррика властно легла ей на плечо.

– Я приеду к тебе в Эшбернэм сегодня же вечером и остановлюсь в деревенской гостинице. Когда твои домашние заснут, ты придешь ко мне, договорились?

Оливия замерла на месте. Ее парализовал страх перед мужем и тошнотворное чувство собственной вины.

– Значит, ты обманешь свою невесту, а я наставлю рога Арлену? Это и есть наше будущее? – горько прошептала она.

– Черт бы их всех побрал! – тихо выругался Гаррик и тут же развернул Оливию лицом к себе. Прижав ее к двери всем своим телом, он проговорил: – Я с самого начала знал, что у нас с тобой не флирт на одну ночь. Не сомневаюсь, ты тоже очень серьезно относишься к происходящему.

– Я и сама не знаю, как я к этому отношусь, – всхлипнула Оливия.

Он вздрогнул словно от удара, и его лицо исказила гримаса боли и удивления.

Оливия хотела объяснить, что вовсе не собиралась его обижать, но так и не сказала ни слова. Она мысленно корила себя за то, что с самого начала не сумела твердо и решительно отказать Гаррику во взаимности.

Минуты потянулись в тягостном молчании, потом Гаррик глухо произнес:

– Хорошо, давай вернемся в Лондон. Там нам будет проще встречаться.

Твердо сжатые губы и подрагивавшие желваки говорили о его крайнем напряжении.

Она покачала головой, готовая расплакаться в любую секунду:

– Я не могу… Арлен не даст нам встречаться… Если только он узнает об этом, последствия для меня и Анны будут катастрофическими…

– Я убью его! – неожиданно вырвалось у Гаррика.

Охваченная новой волной страха, Оливия, торопливо открыв дверь, сказала:

– Сейчас я не могу думать ни о чем, кроме скорейшего возвращения в Эшбернэм. Не надо следовать за нами, это слишком опасно… У меня дурные предчувствия.

– Предчувствия? Или ты предвидишь это?

Оливия, дрожа всем телом, умолкла. Сейчас Гаррик как никогда прежде близок к раскрытию ее тайны. Он наверняка уже догадывался о ее необычном даре предвидеть грядущее, но пока еще не вполне был уверен в этом.

Выглянув в коридор, она с облегчением увидела, что он был совершенно пуст. Чтобы вернуться к себе в спальню, где мирно спала Анна под охраной ирландского сеттера, ей нужно было проделать всего дюжину шагов, не больше. Возможно, ей повезет, и никто так и не узнает о том, где и с кем она провела эту ночь.

Гаррик молча шел следом, и она не смела обернуться, чтобы взглянуть на него.

Дойдя до своей двери, Оливия внезапно услышала торопливые шаги. Сердце ее оборвалось. Она обернулась и в конце коридора увидела… миссис Райли! Экономка и виду не подала, что крайне поражена этой встречей: волосы Оливии распущены, она в одной тоненькой ночной рубашке. Гаррик тоже полуодет. К тому же оба босые. Тут было чему удивиться, но миссис Райли с невозмутимым видом продолжала идти навстречу странной паре.

Оливия прислонилась к стене, уверенная в том, что это и есть начало ее конца.