— Есть немного. Я сначала думала, что ты так о нем говоришь из-за того, что случилось тогда зимой на даче, а потом и сама заметила что-то подобное. Только страха перед ним у меня нет. Я сейчас вообще никого и ничего не боюсь. Какой-то полный пофигизм во всем.

— А что по поводу своего благоверного думаешь?

— Измельчал он для меня. Стоял на пьедестале и в одночасье с него спрыгнул. Подонок! Ревновал меня ко всем столбам, корчил из себя высокоморального, а сам по девкам бегал. Ненавижу!

— Будешь разводиться?

— Ой, Майка, не трави душу! На меня родители из-за этого брака и так полгода наезжали, только сейчас успокоились. Им же Олег сразу не понравился, еще когда я его в первый раз к себе домой привела. Получается, я сама на этом браке настояла, сделала все, чтобы выйти замуж, а теперь так же кинусь разводиться? Еще ведь даже года со свадьбы не прошло. Выходит, как только начались первые трудности, любовь помахала нам на прощание и испарилась?

— Значит, лучше продолжать мучиться?

— Не знаю. Но разводиться мне стыдно.

— Это еще почему?

— Не могу объяснить. Стыдно, и все тут!

— А как дальше быть?

— Поживем — увидим. Вот немножко приду в себя и решу, как поступить. А пока я просто устала и запуталась. Поскорее бы Селигер!

— Да, придется теперь с тобой ехать, а то еще дров наломаешь. Хотя, по-моему, здесь уже все предельно ясно. Уходи от Олега и начинай новую жизнь.

— Куда уходить? К своим родителям? Мне своих скандалов за этот год выше крыши хватило, еще и их выслушивать! Наверняка станут по ушам ездить, указывать на мои ошибки да жалеть меня, непутевую. Нет, в таком случае я лучше из окна сигану.

— Кончай ерунду городить. Хотя, конечно, ты права. При таком раскладе родительская хата не лучший вариант. Слушай, а если комнату снимать?

— Мне финансы не позволят. Даже если перейду в штат, моей зарплаты хватит ровно на квартплату, а на что питаться и одеваться?

— Тоже верно. Какой-то замкнутый круг получается.

— Ага. Даже жить не хочется. Все, о чем мечтала, в жизни оказалось совсем не таким. Я же хотела стать классной женой, как говорится, «жить в любви и согласии». А до чего докатилась? Загуляла, мужа презираю, чувствую себя просто последней сукой.

— Ну, это ты разошлась. Кончай заниматься самоедством, жизнь на этом не закончилась. Сейчас съездим на Селигер, отдохнем как следует, ты свои мысли в порядок приведешь, а там и решишь, как поступить. В одном ты права, горячку в таких делах пороть не следует. А теперь хорош себя жалеть, пошли купаться! Вода просто как парное молоко!

А через две недели вся компания уже садилась в поезд. Еще в Москве было решено, что стоять будут двумя палатками. В большой четырехместной палатке — Олег, Сорока и Вадим, а в маленькой — Оксанка и Майя. Сорока мрачно ухмыльнулась, когда узнала об этом. Спать между мужем и любовником — это что-то. За время, прошедшее с их с Майкой разговора до отъезда, Ксения еще раз побывала у Вадима. Приглашение снова исходило с его стороны, а так как Барс опять смотался на выходные в лес, Сорока со спокойной душой отправилась на гулянку. На ночь Сорока, правда, не осталась, как ни уговаривал ее Вадим. Майка ее уже предупредила, что Олег звонил ей и проверял, где Ксения провела прошлые выходные. А лишние проблемы ей не нужны. Вадима она не любит, он ее тоже. Тело же удовлетворено полностью, а если Вадим хочет еще чего-то большего, то это уже его трудности.

Лагерь разбили на живописной протоке, насколько возможно, подальше от других отдыхающих.