— Что ты имеешь ввиду?

— Ведь свидетелей убийства не было, значит, следователи изучали следы и материальные доказательства, — объяснила Гермиона. — Тщательно ли это было сделано? Не попустили ли чего-то важного?

— А что тебя интересует?

— Судя по тому, что печатали в газетах, Джеймс и Лили умерли от проклятия «Авада Кедавра». Оно же отрикошетило от лба нашей подруги. Но это заклинание не приводит к разрушению здания, в котором использовалось. А дом сильно повреждён. Вы не находите это странным?

— Я сама принимала участие в следственных мероприятиях и побывала на месте происшествия, — печально улыбнулась мадам Боунс. — Тогда дом был цел. Найденная рядом с телом Лили и детской кроваткой волшебная палочка определённо принадлежала Тому-Кого-Нельзя-Называть, и последними сотворёнными ей заклинаниями были те самые, что послужили причиной смерти родителей Гарри и появления шрама на её лбу.

— То есть Гарри осматривали медики?

— Нет. Ещё до нашего появления ребёнка увез Хагрид. О появлении шрама сообщил Дамблдор. Он же обещал позаботиться об укрытии для малышки от мести сторонников погибшего злодея.

— Получается, о причинах разрушения дома, в котором жили Поттеры, ничего неизвестно.

— Ничего. Но произошло оно вскоре после того, как закончилось следствие. Тогда на волне всеобщего восторга от победы над Злом ставили памятники и прикрепляли мемориальную табличку к воротам. Никто, кроме Люпина не мог попасть в сам дом потому что он был скрыт чарами Фиделиуса. Вот от Ремуса мы и узнали о разрушениях. А как об этом узнали вы?

— Видели. А разве эти чары всё ещё действуют?

— Не знаю. Этого никто не проверял.

— Тогда как во время следствия в дом проникли следователи? Ведь он был ещё под Фиделиусом! — додавила логикой Гермиона. — Это ведь было до установки мемориальной доски.

— Очень интересные вопросы, — задумалась мадам Боунс. — А как ты догадалась, что я мисс, а не миссис?

— У вас с племянницей одна фамилия. Такое возможно если она дочь вашего брата, а вы не замужем.

— Я заинтригована вопросом об исчезающем и появляющемся Фиделиусе, — задумчиво пробормотала Амелия. — Так, ты говоришь, что видела этот дом? То есть защита опять отсутствует?

— Не знаю. Мне неизвестно действие этих чар. В этот момент с нами была Гарри, а защита собственного дома должна её беспрепятственно пропускать. Но это не так уж трудно выяснить. Значительно интересней, почему Хагрид оказался на месте происшествия раньше всех. Ведь ему запрещено колдовать — то есть он не мог аппарировать. Из анализа газетных сообщений этого понять не удалось. Зато от Сириуса известно, что он, подъехав на своём мотоцикле, застал рыдающего лесничего уже с ребёнком на руках, отдал мотоцикл, потому что не был уверен в безопасности аппарации для младенцев, осмотрел место происшествия и помчался искать Питера Петтигрю, поскольку хотел наказать предателя и был уверен, что крестница находится в надёжных руках. Вот запись последовательности того, что видел и что делал Блэк в ту ночь, — Гермиона подала Мадам Боунс несколько листков, скрепленных зажимом.

— Хагрид воспользовался порталом, который за несколько дней до нападения на мою семью дал ему директор школы. «Великий человек — Дамблдор, — сказал он мне. — Видно, опасался недоброго». А сообщение о появлении метки над домом родителей леснику принесла незнакомая сова, — проговорила Гарри, которая как-то незаметно подошла к хозяйке дома.

— А Сириус сам увидел метку — он как раз ехал к Поттерам.