– Он не просит нас взять на себя черновую работу или помогать ему на процессе, – сказала Кейт. – Он хочет, чтобы мы взяли на себя защиту целиком и полностью.

– Что? Почему?

– Он ставил на досудебную сделку, а окружной прокурор дал ему от ворот поворот. Отто Пельтье не судебный адвокат. Ему нужна команда с опытом судебных разбирательств, – сказал Гарри.

– Это очень великодушно с его стороны и правильно для его клиента, но проблема в том, что мы не представляем в суде виновных людей. Окружной прокурор утверждает, что Кэрри была сообщницей в шести убийствах Песочного человека. Если наша задача в том, чтобы вернуть убийцу обратно на улицы…

– Она говорит, что невиновна, – перебила Кейт.

– Все они так говорят, – отмахнулся я.

– По-моему, Кэрри говорит правду, – сказала она.

Из всех адвокатов, которых я когда-либо встречал, Кейт, пожалуй, самая смышленая и проницательная. Если она поверила Кэрри Миллер, значит, там явно было что-то, за что стоило бороться. У меня уже начал пробуждаться интерес. Но тут я дал по тормозам.

– Подождите, разве слушания не начинаются всего через пару дней? Почему он отказывается от дела именно сейчас? Может, он там как-то здорово напортачил и мы столкнемся с судебным иском от клиента, если будем продолжать по его наработкам?

– Я так не думаю, – произнес Гарри. – У него нет опыта, необходимого для защиты обвиняемого в убийстве, но я просмотрел материалы дела, и на стадии досудебной подготовки он все сделал грамотно. Все необходимые ходатайства поданы. Я не знаю, что представляют собой присяжные, но насколько там может быть все плохо? Процесс начнется через два дня. Вполне достаточно времени, чтобы подготовиться. У нас и раньше были дела, за которые приходилось браться с ходу и очертя голову. И непохоже, чтобы это было совсем уж безнадежным. Тут вполне можно побороться, Эдди.

Я закрыл лицо руками. Сейчас мне требовалась темнота, немного тишины и еще одна чашка этого чертова…

– Выпейте кофейку, – произнесла Дениз.

Я с силой провел пальцами вниз по щекам, открыл глаза и увидел, что все уставились на меня. Имелась еще одна причина, по которой я не хотел браться за это дело.

– Песочный человек по-прежнему на свободе. Если мы влезем в это дело, то станем на шаг ближе к этому психу. Есть риск, что…

Кейт прервала меня. Я видел страсть у нее в глазах. Она просто жаждала взяться за это дело. С тех пор как мы стали партнерами, Кейт сосредоточилась на защите интересов женщин, пострадавших от дискриминации по половому признаку и сексуальных домогательств на работе. На своем предыдущем месте работы она и сама стала жертвой нежелательных подходцев со стороны одного из владельцев фирмы и с тех пор неуклонно преследовала работодателей, имеющих привычку третировать своих подчиненных женского пола. Каждый такой случай был для нее сугубо личным делом. С каждой женщиной, которой Кейт удавалось помочь, она спасала не только эту конкретную личность, но и ту часть себя, которая в свое время пострадала, так полностью и не оправившись.

– Риски нам вполне понятны, но я не вижу, зачем ему нацеливаться на нас, – возразила она. – Мы спасаем его жену. Самый большой риск – это что СМИ заклюют нас по полной программе, если мы не докажем, что она невиновна. А если это у нас выйдет, то это будет еще одна жертва женского пола, которая благодаря нам добьется справедливости. Ты ведь знаешь, насколько это для меня важно.

Я кивнул.

– Давайте выслушаем этого человека, – заключила Кейт.

– Хорошо, зовите его.

Дениз попросила посетителя зайти. Кабинет у меня не очень-то большой, так что в нем стало уже тесновато. На лице вошедшего по-прежнему застыло выражение человека, попавшего в беду и нуждающегося в нашей помощи.