|
Слова его вполне можно было истолковать как поношение церковной политики короля. Я успокоительно улыбнулся, давая понять, что не вижу в его замечании никакой крамолы. Стекольщик, казалось, хотел сказать что-то еще, но потом передумал и, низко склонив голову, двинул лошадь к воротам. Я окинул взглядом двор, высматривая Лукаса Хоренбаута. Барак меж тем остановил нескольких прохожих, спрашивая, где находится контора управляющего двором. В ответ они лишь пожимали плечами и торопливо продолжали путь; даже на склоне дня все обитатели аббатства пребывали в величайшей спешке. Барак испустил тяжкий вздох и указал на караульную будку у ворот. Солдат, стоявший там, проверял документы у всех входивших в аббатство. — Надо спросить у караульного. Уж он-то должен знать, где эта чертова контора. Мы приблизились к воротам. Сержант в алом мундире королевской стражи проверял бумаги какого-то очередного возницы. Караульный был молод и высок, светлые, почти льняные волосы обрамляли открытое красивое лицо. Заглянув в его будку, я заметил на полке у окна Евангелие, специальное издание для малограмотных людей, снабженное подробными комментариями. — Все в порядке, — сказал солдат, протянув вознице бумаги. — Скажите, вам известно, где находится контора управляющего двором? — обратился к караульному Барак. — Мы недавно прибыли и умираем с голоду. — Мне очень жаль, джентльмены, но я ничем не могу вам помочь. Эта контора сегодня переехала. — Это мы уже слышали. Увы, никто не может сообщить нам куда. — Если вы проголодались, купите у него по пирогу, — посоветовал солдат, указав на пирожника, предлагавшего свой товар плотникам. Пироги шли нарасхват. — Похоже, сегодня нам весь день придется питаться одними пирогами, — вздохнул Барак. — Пироги — это лучше, чем ничего. Барак поспешил к пирожнику. Тот приветствовал его поклоном. Здесь, на королевской территории, местные жители держались с приезжими куда почтительнее. — Спасибо за дельный совет, — сказал я солдату. — Не стоит благодарности, сэр. Сегодня здесь трудно что-нибудь найти. Везде страшная суматоха. — Откуда вы родом, сержант? — спросил я, ощутив в его речи северный акцент. — Из Кента, сэр. — Так я и думал. Догадался по вашему произношению. Несколько лет назад я был в Кенте по делам. — Большинство солдат, сопровождающих короля во время путешествия, родом из Кента. В пятницу вместе с королевской свитой сюда прибудет шестьсот кентских лучников, — с гордостью сообщил сержант. — Его величество знает, где живут его самые верные и надежные подданные. — Я вижу, вы приобщаетесь к Слову Божьему? — осведомился я, кивнул на книгу, лежавшую на полке. — Наш капеллан сказал, что всем нам нужно научиться как следует читать, — зардевшись, ответил молодой солдат. — Он совершенно прав. Что ж, сержант, всего вам наилучшего, — кивнул я и присоединился к Бараку. Стоя в стороне, мы с аппетитом поедали пироги и наблюдали за кипевшей повсюду работой. Зрелище было воистину впечатляющим: сотни ламп заливали двор ярким светом, отовсюду доносились возбужденные голоса, а наверху, на монастырских стенах, расхаживали часовые, вооруженные пиками и ружьями. Величественный силуэт церкви эффектно вырисовывался на фоне вечернего неба. — Пожалуй, нам стоит вновь завалиться спать, — предложил Барак, покончив с пирогом. |
