Показалось…

Страж «Глотки» окинул меня быстрым взглядом и кивнул, открывая дверь.

Внутри оказалось почти пусто, только за угловым столиком двое мужчин тянули пиво, уставившись на экран со спортивным каналом. Зато бармен Адриан был на месте, стоял за стойкой и меланхолично натирал полотенцем стаканы. Я уселась на высокий стул и подняла два пальца, что означало «как обычно».

Обернулась на дверь. Но следом так никто и не вошел.

Адриан, отбросив свою тряпку, шустро поставил передо мной непрозрачный бокал с темной жидкостью. Рядом легла салфетка с нацарапанными буквами.

Я медленно сделала два глотка, рассматривая написанный адрес.

– Задание для Ловчего, – тихо сказал Адриан, снова поднимая уже чистый стакан.

Я качнула головой.

– Не сегодня.

– Заказчик предлагает хорошие деньги. Даже за то, что Ловчий просто посмотрит место происшествия.

Я перевернула салфетку, глянула на цифры и хмыкнула. Что ж, действительно щедро.

– Пропал мальчик. – Бармен не повысил тона, его ладони снова принялись тереть стекло. – Вчера он упал и получил небольшую травму, его отвезли в больницу, дали обезболивающее и снотворное. А утром не нашли в палате. Исчез, как в воду канул.

– Может, он просто ушел? Из больницы? Почувствовал себя лучше и свалил.

– Пацану тринадцать. Мальчик из хорошей семьи, отец – владеет строительной компанией. Мать – знаменитая танцовщица на льду. И мальчишка такой же. Еще и на скрипке играет.

Я снова хмыкнула. Да, такие мальчики не сбегают из больницы. Они сидят смирно и ждут, когда придут взрослые, чтобы накормить сладкой кашей и погладить по голове.

– К тому же дома мальчик так и не появился. А на кровати в больнице остались капли крови.

– В полицию обратились?

– Нет.

Я подняла брови. А вот это уже интересно. И подозрительно.

– И почему же?

Адриан выразительно подвигал бровями.

– У матери мальчика появились… вопросы. Может, она заметила нечто странное.

– Вот как.

Есть лишь одна причина, по которой законопослушные горожане не вызвали представителей власти. Лишь одна.

– Ловчий не связывается с такими вещами, Адриан. Ему не нужны проблемы.

– Да, госпожа Кассандра. Но мать мальчика в панике. И это надежный заказчик, она никому ничего не скажет.

– Нет, – отрезала я. Еще не хватало проблем со Святой Инквизицией!

– Пацан не мог просто так исчезнуть. Может, его похитили и держат в плену? – сделал еще одну попытку убедить меня бармен. Вероятно, связной дополнительно ему приплатил… – Хотя требований о выкупе не поступало. С площади Святой Луизы мальчишку отвезли прямиком в частную клинику, а оттуда…

– Мальчик был вчера на площади Святой Луизы? – нахмурилась я, и Адриан кивнул.

– Верно. Я так и сказал. Он выступал на катке на празднике. Я же говорю – примерный мальчик, скрипка и коньки вот… Дурость всякая. Ну так о чем я? Конек у него и треснул, представляете? Редкое дело. Лезвие треснуло, и пацан тоже треснулся – об лед, значит. Его на носилки и в больничку. А утром – нету пацана. Все обыскали. Куда делся – неясно.

Я нахмурилась, размышляя. Заказ мне не нравился, хотя ничего особенного в нем не было. Еще один потеряшка – один из многих. Даже то, что мать не обратилась в полицию, ни о чем не говорит. И все же я привыкла верить своему чутью. Хотела снова сказать «нет», но… Но останавливал факт, что мальчик пострадал именно на площади Святой Луизы.